Охотники из тени полностью

Но какое из возможных действий представляет собой следование Кхале – отказ от убийства протоссов, которые не таили угрозы в своих сердцах, или истребление тех, кто не желал столь глубокого слияния с другими?

Джейк был рад, что ответственность за это решение лежит не на нем, а на Адуне. И через несколько дней Адун созвал товарищей на встречу.

– Я принял решение, – тихо сказал он и взглянул по очереди на каждого из собратьев. – Я освобожу заключенных.

Облегчение, смешанное с тревогой, мгновенно всколыхнуло собравшихся, а Джейк озвучил то, о чем все они думали:

– Вершитель, хорошо, что на наших руках не будет их крови. Но я был там, когда ты получил свои приказы. Конклав верит, что в этом случае он прав, и будет настаивать на смерти этих… этих темных тамплиеров.

До этого Адун смотрел на свои руки. Теперь же он поднял мерцающие глаза на старого друга.

– У меня есть… одна идея.

Розмари решила, что пора рискнуть связаться с Джейком и остальными. Она практически уверилась, что не столкнется с кем-либо из талдаримов. Лабиринт залов был огромен, как Джейк и говорил. Настоящий подземный город, и опасные протоссы, скорее всего, обосновались в каком-то одном месте. Если до нынешнего момента эта территория была запретной, то, возможно, и они не решились зайти так глубоко. Розмари достала рацию и нажала кнопку.

– Эй, профессор, – тихо проговорила она.

Ответа не было. Она нахмурилась и проверила рацию. Устройство, без сомнений, работало, но что-то блокировало сигнал. Впрочем, это было предсказуемо. Розмари вздохнула, убрала рацию в небольшой рюкзак и продолжила путь.

Звук, похожий на биение сердца, усиливался. После долгого путешествия она почти добралась до цели. Девушка ускорила шаг, затем перешла на легкий бег – ей и в самом деле не терпелось взглянуть на то, о чем Джейк рассказывал с таким восторгом. Розмари слегка разозлилась на себя за это. Еще несколько коридоров, каждый из которых отмечен древней меткой Темлаа. Она рядом, совсем рядом, осталось…

Они появились перед ней, словно ожившие тени. Розмари резко остановилась, вскинула винтовку и тут же осознала, что протоссы окружили ее.

Псионная атака пронзила разум ледяным шипом, и Розмари осела на пол, не успев сделать ни одного выстрела.

Розмари проснулась, но долго-долго не могла понять, что больше не спит. Ей казалось, что она все еще находится глубоко в кошмаре. Там была обжигающая боль, неутолимый голод, а также беспомощность – перед лицом не только других людей, но и своих собственных желаний. Затем она осознала, что боль настоящая. Ее тело затекло от долгого лежания в неестественном положении, а покрытые засохшей кровью ссадины на запястьях и лодыжках ныли.

– Вот дерьмо, – сказала Розмари и заглушила нарастающий страх раздражением от того, что умудрилась попасть в такую ситуацию.

Она лежала на холодном каменном полу. Запястья были связаны за спиной каким-то шнуром. Попытка шевельнуться показала, что ноги согнуты в коленях и тоже связаны, причем лодыжки привязаны к запястьям. Так что обездвижили ее очень эффективно. Резкая боль в мышцах говорила девушке о том, что в таком положении она уже давно. И находилась она не там, где на нее напали. Ее отнесли куда-то и бросили в тускло освещенную нишу где-то в огромном подземном городе. Розмари приподняла голову и осмотрелась. Рядом ли похитители, или она одна?

«Ты очнулась, – появился голос в ее голове. – Хорошо. Я опасался, что Алзадар нанес тебе непоправимый урон».

Итак, на один вопрос ответ получен. Ее похитители, в том числе и сбежавший к Сотворенным Алзадар, определенно рядом.