Он уже хотел пройти за ней, когда почувствовал цепкую хватку на своем локте. Виктория заглядывала ему в глаза, и вид у нее был еще более растерянный, чем у провожатой.
– Ты не думал, что это может быть ловушка?
– Не удивлюсь, – пожал он плечами, не давая ей опомниться, и протиснулся сквозь прутья.
Провожатая уже поджигала второй факел, быстро кинув ему первый. На ее лице гуляли серые тени, глаза сузились: похоже, знакомые места придавали ей уверенности.
– Мы ищем что-то под башней или рядом с ней?
– Как можно ближе к башне. А лучше прямо под ней.
– Ох, милостивые боги, ладно. Смотрите в оба, тут бывают обвалы.
Рантар пошел вслед за проводницей, рассматривая отполированные своды пещеры, блестящие от подземной влаги. Еще немного – и ему удалось бы увидеть собственное отражение в каменных сводах.
Тропа извивалась и петляла, иногда разделялась на несколько ответвлений, но проводница шла почти не останавливаясь. Временами Рантар слышал журчащий поток где-то рядом, в то время как стены то расходились в стороны, то норовили сжать его плечи. В такой тесноте в случае опасности сражать было почти невозможно.
Рантар поймал себя на мысли, что считает собственные вдохи. Начало казаться, что других звуков вокруг не было. А еще, что эти тоннели не закончатся никогда. Будто Рантара и остальных проглотил огромный змей, кусающий себя за хвост. Виктория и Имва молчали. Не было ни споров, ни дурацких расспросов. Даже петух молчал, видно, с перепугу.
Рантар вцепился в рукояти топоров прислушиваясь. Проводница шла как ни в чем не бывало.
– Здесь полно контрабандистов, не обращайте внимания, – бросила она через плечо.
– А стража сюда тоже заглядывает?
– Ха! Им платят, чтобы сюда не заглядывали. А кто заглядывает – обычно не возвращается.
Рантар не мог сказать, что прозвучало в голосе проводницы – грусть или гордость. И все же он не собирался расслабляться. Если они выйдут на открытое место, то станут легкой мишенью. А умирать в его планы в ближайшее время никак не входило.
Проходы увеличивались, голоса то приближались, то отдалялись. В какой-то момент через трещину в склоне удалось увидеть множество факелов, лестницы и лачуги, напоминающие дома.
– Да тут целый город! Как его удается прятать? – выдохнула позади Рантара Виктория, и от ее дыхания защекотало шею.
– Мы и не прячемся. Все, кто надо, про нас знают. И граф – в первых рядах.
– Но зачем тогда их называть контрабандистами?
Девушка не ответила, скрываясь за очередным поворотом, а Рантар только покачал головой. Эти люди скрывались не от местной власти. Та и так прекрасно кормится за их счет. Вот только королевская казна не получает серьезных прибылей, которые остаются в карманах графа. Сразу видно, что жизнь вдали от столицы разбаловала Корнелиуса. Доротея посылала карательные отряды в города непослушных власть имущих и за много меньшее. Если она узнает о Корнелиусе, то не оставит от Фанрайта и праха.
Рантар сжал факел сильнее, лишь бы не возвращаться к королеве мыслями. Только не теперь, когда голова должна быть ясной. Пришлось сильнее сцепить зубы. Его группа петляла еще целую вечность и, кажется, спускалась все глубже. Звуки вновь исчезли. Мрак и холод прилипали к коже хуже паутины, а огонь дрожал все сильнее.
– Долго еще? – не выдержал Рантар.
– Если б я знала! Здесь же куча проходов и ниш. Но если нужна башня, то мы как раз под ней. Здесь были старые казематы, но несколько лет назад их затопило, и стражники не спускаются сюда.
Рантар поневоле поднял голову, пытаясь представить громаду башни, торчащей над их головами. Передернул плечами и пошел дальше. Он надеялся, что девчонка не морочит им голову, иначе из такого лабиринта придется выбираться целую вечность.
Потом они оказались у одной из развилок, возле которой проводница думала дольше, чем обычно. Она уже хотела пойти вперед, когда на ходу резко повернула в другую сторону.
Под ногами заскользили осыпавшиеся ступени, пришлось опустить факел, чтобы не свалиться. Вскоре лестница закончилась, и они оказались возле старой деревянной стены и покосившей двери. Тупик.
– Ну вот, – выдохнула девушка, всплеснув руками.
Рантар отодвинул ее в сторону и постарался рассмотреть стену получше. Ржавые цепи, мерзкий, затхлый запах. Стены покрылись какой-то слизью и мхом, а дверь будто готова была упасть. Здесь точно ничего нельзя было найти. Именно так все и должны подумать. Рантар подошел еще ближе, оглядывая дверь, и зверь внутри него зарычал. На двери едва заметно был нацарапан тот же герб, что был в письме.
Рантар схватился за дверь, но та не поддавалась. Вряд ли ее заклинило, скорее, подперли с другой стороны. Ждать больше было нельзя.
– Эй вы! Открывайте! Старый друг здесь! Я пришел поговорить! – оскалился Рантар.
Чтобы его намерения четко поняли, он несколько раз ударил в дверь так, что вся стена заходила ходуном.
– Тише! – встрепенулась проводница. – Ты так орешь, что башня обвалится нам всем прямо на голову!
