Нервозность передалась и ему. Он схватился за кулон и поискал глазами Навната – теперь Имва его уже никуда не отпустит. Имва не знал, что такое дворец, что делают там все люди, и вообще, чем отличается их вождь, кнез, от остальных вождей. Наверное, это беспокоило его так же сильно, как необходимость использовать магию. Но ради Рантара и Виктории нужно было собраться. У него, кроме Навната, не было тех, о ком он может заботиться, и тех, кто заботится о нем.
– Повторим еще раз, – сказал Рантар, продолжая ходить по комнате. – Когда начнется бал, вы пойдете по коридору. Я отвлеку стражников. К полуночи буду ждать снаружи, и если вы не выйдете, то отправлюсь на выручку. Если что-то пойдет не так, встречаемся в саду. Гуго позже подведет лошадь с повозкой, и мы сможем ускакать при необходимости. Ты помнишь, что надо говорить гостям?
Рантар повернулся в сторону Имвы, в голосе не осталось и капли теплоты, которую тот слышал минуту назад.
– Ничего?
– Правильно, тебе нельзя с ними разговаривать, даже если они обратятся к тебе. Но если все-таки спросят, что ты ответишь?
– Да, Ваша Милость.
– Не беспокойся, я присмотрю за ним, – сказала Виктория.
– Мы присмотрим друг за другом, – поправил Имва.
Рантар посмотрел на него и кивнул. Кажется, он начал больше доверять ему. Имва почувствовал, что крепче стоит на ногах.
– Тогда нам пора идти.
Имва подошел к Навнату и погладил того по перьям. Мысль, что придется снова расстаться, пугала, заставляла вспомнить два прошедших дня, но иначе было никак. История с охотником могла повториться, а в такой ответственный день не должно было быть места неожиданностям.
– Я скоро вернусь.
Петух поглядел на него одним глазом, потом вторым. И кивнул. Совсем, как Рантар. Имва решил, что это хороший знак.
– Да хранят вас боги, – тихо произнес Гуго, когда они спускались по лестнице. Похоже, в этом люди и амеваны были схожи. Люди тоже чтили своих божеств. Пусть и ложных.
Костюм мешал движениям, хвост все время цеплялся за одежду, а от ткани все тело начинало чесаться. Во вчерашних лохмотьях и то было приятнее, но приходилось терпеть. Зуд захватывал все новые и новые участки кожи, вызывая мучения, но Гуго и Рантар предупредили, что чесаться нельзя ни в коем случае. Человеческие слуги вели себя определенным образом, они были слабыми людьми и должны были служить остальным. Это Имве было непонятно. Почему люди разные? Почему этот кнез не может все делать сам? Но у людей было так много неизвестных амеванам традиций и правил, что в них с трудом можно было разобраться. Имва просто начал принимать все как данность.
Он старался успеть за Рантаром и Викторией – еще немного и пришлось бы бежать. Вокруг на улицах, несмотря на дурную погоду, было множество людей. Все с рисунками цветов на одежде, а у кого-то в подолы и рукава были вставлены настоящие бутоны. Люди выглядели радостными, возбужденный гул их голосов висел в воздухе, как в улье, от пестрых одежд рябило в глазах. Даже стражники, закованные в железо, имели на плечах металлические цветки. Удивительная любовь к природе проявлялась у тех, кто делал все, чтобы быть подальше от нее.
Имва теперь меньше боялся людей, но старался не сталкиваться с ними и вообще не смотреть на них, проще всего было идти за спиной у Рантара. Город становился шире, легче дышалось. Имва больше стал оглядываться вокруг, цепляя детали – огромные полоски ткани с изображением розы, в паре мест висели синие тряпки с изображением Расколотой башни – Имва узнал ее, и внутри него все похолодело от воспоминаний.
Они шли между странных столбов, которые обрамляли широкую улицу из камня, а иногда между ними появлялись высокие статуи женщин и мужчин. На дороге были уже не только прохожие: появились повозки, на которых стояли люди, просящие толпу купить что-то, были даже узорчатые коробки на колесах. В таких наверняка должны были хранить редкие драгоценности, но вместо этого в них ехали люди. Столбы со светлячками мигали разноцветными огоньками – кажется, их выкрасили изнутри. А вдалеке слышалась музыка. Не как дома, протяжная, а дребезжащая, от нее болели уши.
Потом Рантар, Виктория и Имва свернули с оживленной улицы, стало спокойнее. Пройдя под высокими каменными домами, они вышли к нужному месту. Имва это сразу понял, потому что у него перехватило дыхание. Все, что он мог, – медленно моргать, замерев на месте от удивления.
Огромный людской дом сочился светом, будто в нем жили тысячи тысяч светлячков, он напоминал те цветастые коробки, в которых ездили люди, только больше, огромнее. То, что называли дворцом, возвышалось над Имвой подобно гигантской глыбе, а его стены выходили прямо из земляных скал. Будто дом решил вырасти прямо из земли.
«Как можно найти одну комнату в такой громадине?»
