– Да, арт усиливает ее действие, как катализатор, запускает реакцию – и организм начинает регенерироваться, восстанавливаться, то есть…
– Я знаю, что такое регенерация.
– Вот и отлично, вот и поговорили, – сказал священник и положил артефакт в заплечную сумку. Ярко-красное сияние сразу исчезло. – «Кровь брата».
– Что?
– «Кровь брата», так называется арт.
Лера посмотрела на сумку, потом на отца.
– Вы обещали его подлечить!
– Обещал?! – Марк почесал бороду. – Разве?!
– Вы должны! Вы обещали! – Лера только бросилась с кулаками на священника, как вдруг позади, в коридоре, послышался голос.
– Мы знаем, что вы там! Поднимайте руки и выходите! – приказал незнакомец. – Только без фокусов! Вы окружены. Повторяю: вы окружены!
Старое городское кладбище располагалось на северной оконечности города, под небольшим холмом. Еще с прошлого столетия хоронили там уже, что называется, на второй ряд. Сначала, в семидесятые годы, оно разрасталось к южной части холма, потом постепенно вытеснило прежние захоронения. Потом, после выкупа территории, новое руководство сровняло старые могилы, от которых и так толком ничего не осталось, и начало заколачивать деньги.
Памятники и кресты налезали друг на друга, оградки лезли под ноги, вынуждая путников то и дело спотыкаться.
– Чтоб тебя! – в который уже раз выругался Гром.
Змей же шел бесшумно.
Они миновали южные участки и наткнулись на несколько свежевырытых могил.
– Интересно, кто это тут приготовил местечко? – спросил словно бы сам себя Гром, поглядывая на дно одной из них. – Вроде есть что-то? Или тень?
Парень подошел ближе, посмотрел.
Там определенно что-то было. И оно шевелилось.
– Мертвяк! – только и успел выдохнуть Гром и отпрянул назад.
– Мертвяк? – переспросил Змей и с любопытством заглянул внутрь.
Там, на самом дне, действительно лежало уже полуразложившееся тело.
– Лежишь? – спросил Змей с ехидством в голосе.
– Лежу, – внезапно ответил мертвец.
Гром аж шарахнулся в сторону.
Многое он повидал в Буферной Зоне, но чтобы трупы разговаривали… Ходили – было, кидались на живых – было. Но вот говорить – такое впервые.
– Где Круел? – все с тем же ехидством спросил Змей.
– А где ему еще быть? – ответил обитатель могилы, косясь на незваных гостей. – Тут ходит.
И вдруг, дернувшись, изменившись в лице, стал заикающимся торжественным голосом вещать:
– Н-н-необходимо п-п-перво-наперво оповещение н-н-населения об опасностях, эвакуация н-н-населения, материальных и культурных ценностей в б-б-ббезопасные районы, также с-с-срочное захоронение трупов.
– Чего это? – удивленно спросил Гром, глядя на мертвеца: тот продолжал корчить рожи и с дикторскими интонациями произносить:
– С-с-срочное захоронение трупов. Перво-наперво. С-с-срочное захоронение трупов.
– Где Круел?! – закричал Змей.
Диктор вдруг замолчал, окинул гостя стеклянным взглядом и рассмеялся.
Этот смех был жутким, нечеловеческим, словно ветер прогонял сквозь соломенные внутренности чучела воздух.
– Где Круел?! – повторил вопрос Змей, но смех не прекращался.
Тогда он взял автомат и всадил покойнику в голову короткую очередь.
Мертвец дернулся, затих.
– Сжечь бы… – робко предложил Гром.
– Некогда.
И пошли дальше.
Следующей причиной остановки послужила тень, мелькнувшая в кустах.
– Зверь, – произнес Гром, готовя автомат.
– Нет, – покачал головой Змей. – Человек.
От этого Грому стало не по себе. Видеть в ночное время на старом кладбище людей ему сейчас хотелось в последнюю очередь. Он тоже приготовил оружие.
В небе заухала сова, чем едва не заставила путников открыть беспорядочную стрельбу.
– Спокойней, – произнес Змей больше самому себе, нежели своему спутнику.
Тень вдали вновь показалась – она двигалась медленно и шла прямо на незваных гостей здешних мест.
– Стоять! – первым не выдержали нервы у Грома. – А то стрелять буду!
Тень и не подумала остановиться. Напротив, прибавила шаг.
Гром прицелился и дал короткую очередь. Попал. Тень вздрогнула, согнулась… а потом вдруг выпрямилась и вновь двинулась на них как ни в чем не бывало.
– Черт! – выругался Гром, возобновляя стрельбу. На сей раз целился уже в голову.
Тень подобралась совсем близко, и Гром смог разглядеть незнакомца. Это был обычный мужчина за сорок, одетый в мятые брюки на подтяжках и клетчатую рубашку. На голове возрастная лысина, на глазах – несуразные круглые очки с большими диоптриями. Только вот само лицо…
Гром не смог сдержать вскрика омерзения. Лицо незнакомца напоминало больше кровавые лохмотья. Щеки отсутствовали напрочь, обнажая челюсти и зубы, вместо носа – черный провал.
– Зомби! – понял Змей и открыл огонь.
Целился он преимущественно в голову – только так можно было остановить эту нечисть.
А вот Гром стоял, пораженный увиденным.
– Зомбарей раньше, что ли, никогда не видел?! Стреляй, мать твою! – рявкнул на него Змей.
Но Гром не поднимал оружия.
– Ну же!
– Это батя мой, – севшим голосом произнес Гром, глядя, как зомбак идет на них.
– Чего?
– Батя мой, говорю.
– Да не он это! Зомбак! Мираж! Стреляй, а не то…
