Ваби кивнул.
– Но мы можем и не найти первый водопад на таком расстоянии, – заметил он. – И кстати…
Он запнулся и поглядел на Рода с внезапным сомнением:
– Объясни мне: если до третьего водопада семьдесят пять миль, а то и вся сотня, то как те люди оказались в этой хижине с одной-единственной горсткой самородков? А если тот кожаный мешочек – это все, что они нашли?
– Если так, почему же они передрались насмерть из-за карты? – возразил Род.
Мукоки перевернул стейк и заметил:
– Может, они пойти в фактория купить припасы?
– Точно! – воскликнул юный индеец. – Муки, ты нашел отгадку. Конечно, они пошли за продовольствием. И они сражались не за карту – точнее, не только за карту…
Его лицо вспыхнуло от волнения.
– Я могу ошибаться, но сейчас мне видится примерно следующее. Болл и французы добывали золото, пока у них не закончились припасы. Фактории Вабинош-Хаус около ста лет, и полвека назад она была ближайшим местом, где можно было разжиться патронами и продовольствием. По каким-то причинам идти пришлось французам. Возможно, к тому времени они уже добыли прорву золота и перед выходом убили Болла. С собой французы взяли всего несколько самородков, чтобы расплатиться за припасы. Они не хотели привлекать к себе внимания других искателей приключений в фактории, а наличие нескольких кусочков золота можно было легко объяснить. В этой хижине Ланглуа или Плант попытался избавиться от компаньона и остаться единственным обладателем сокровищ – и кончилось все тем, что в драке погибли оба. Может, я и не прав, но, Богом клянусь, мне кажется, все произошло именно так!
– Думаешь, они закопали кучу золота где-то рядом с третьим водопадом?
– А может, они принесли золото сюда и зарыли где-то около нашей хижины!
– Обед готов! – перебил их голос Мукоки.
Только теперь Род вспомнил, что так и не рассказал о таинственном следе чужих снегоступов, встреченном в ущелье. Треволнения предыдущего часа заставили его забыть обо всем остальном. Но теперь, когда друзья сели обедать, Род описал им странные передвижения загадочного соглядатая. Однако он не стал останавливаться на одолевавших его в ущелье страхах, предпочтя предоставить Мукоки и Ваби делать собственные выводы.
К этому времени оба индейца уже твердо решили, что вунги не планируют нападения. По какой-то неведомой причине враги так же старательно избегали охотников, как и сами охотники уклонялись от встречи с ними. Об этом свидетельствовали все минувшие события. К примеру, чужак в ущелье с легкостью мог бы напасть на Рода из засады. Сколько раз вунги могли атаковать их почти беззащитный лагерь, да и на охотничьих тропах было множество удобных мест для засады. Так что приключение Рода в ущелье не вызвало у них особого беспокойства. И вместо того чтобы составлять план обороны или проследить, куда ушел чужак, друзья сидели и прикидывали, как бы им найти первый водопад.
Мукоки не было равных по скорости и выносливости в ходьбе на снегоступах, поэтому он и вызвался в первую разведку. Он решил выступить на следующий день поутру, взяв с собой запас еды. А в его отсутствие Род и Вабигун будут проверять ловушки.
– Нужно узнать местонахождение первого водопада до того, как мы вернемся в факторию, – объявил Ваби. – Если мы поймем, что третий водопад находится дальше чем за сотню миль от нашей хижины, то поиски золота придется отложить на следующий охотничий сезон. Тогда мы вернемся в Вабинош-Хаус и будем готовить новую экспедицию. В любом случае мы не сможем выступить раньше, чем пройдут весенние паводки.
– Я тоже думал об этом, – ответил Род, и его взгляд потеплел. – Знаешь, мама ведь там одна-одинешенька. И у нее…
– Я понимаю. – Юный индеец накрыл рукой его ладонь.
– …совсем нет денег, – закончил Род. – Если вдруг она заболела или еще что-нибудь приключилось…
– Да, нам нужно вернуться и отвезти домой пушнину, – подхватил Ваби мягким голосом. – Если не возражаешь, Род, я бы проехался с тобой до Детройта. Как по-твоему, твоя мама не будет возражать?
– Возражать? – воскликнул Род, с силой хлопнув Ваби по плечу. – Да ты ей дорог не меньше, чем я! Она ужасно обрадуется! Ты правда хочешь поехать со мной?
Бронзовое лицо Ваби выражало волнение.
– Наверняка обещать не могу, но я хотел бы повидать ее не меньше, чем ты. Если смогу, то непременно поеду!
Род так и засиял от радости:
– А потом мы вернемся с тобой в факторию к началу лета и вместе отправимся за золотом!
Вскочив на ноги, он стукнул Мукоки по спине.
– А ты поедешь с нами, Мукоки? Обещаю, повеселишься на славу!
Старый индеец улыбнулся и что-то невнятно проворчал. Ваби рассмеялся и ответил за него:
– Ему не терпится снова угодить в рабство к Миннетаки. Нет, бьюсь об заклад, Муки никуда не поедет. Он останется в фактории, чтобы оберегать мою сестру: не потеряется ли она, не обидят ли ее, не похитят ли ее вунги…
Мукоки кивнул, добродушно ухмыляясь. Потом подошел к двери, открыл ее и выглянул наружу.
– Дьявольщина! Снегопад! Снег идти как двадцать тысяч дьявол!
