Пограничник взял микрофон без разрешения:
– Мы освободили от Гитлера всю Европу и не заслуживаем лекций о правде жизни. А подонки, развалившие Союз, ещё предстанут перед судом истории. Ну а русские танки всё ещё стоят в Берлине.
Немцы истолковали генеральский спич по-своему и на столах появилось тёмное пиво и водка. Бургомистр безуспешно строил глазки Бобу, но не встретив ответных биотоков, переключился на своего заместителя. Публичная демонстрация нетрадиционных отношений, как-то: поглаживание бёдер и хватание коленок не способствовала взаимопониманию сторон. Тем более, парочка вот-вот могла перейти к непротокольным процедурам.
Ошеломлённый вице-мэр выступил с ответным словом, выразив пожелание продолжить осмотр района.
Гости облегчённо вздохнули и потянулись на улицу. Когда эстонцы выходили из зала, парочка целовалась взасос. Издевательски виляя бёдрами, Бульба подтолкнул Громова: – Жека, а тебе слабо завалить своего советника?
– Вернусь, попробую! Мне советует Маринка.
Рокки позаимствовал с приёма бутылку «Black Label» от Джонни Уокера и душевно приложился: – Вот пижоны! Разве на виски экономят!
Он поделился трофеем с гидом:
– Эй, бандеровец! Угощайся клопомором и вези нас в настоящее гетто с тараканами и крысами!
Проводник таллинской группы Томаш уже отзывался на обидную кличку, но делал это только из уважения к незалежной. Он понимающе подмигнул Бобу и что-то шепнул водителю автобуса. Пока гости допивали остатки виски, гид пересказал содержание туристкой брошюры «Марцан – город будущего», изданной в ГДР на русском языке.
Генерал авиации опять перебил экскурсовода: – Да этот бред я слышал в вашем горкоме ещё в 85-м году на 40-летие победы. Ты мне лучше покажи, где здесь был цыганский концлагерь. Мы там в 45-м садились прямо на плац, но узников уже не застали. Чувствую, их расстреляли твои бандеровцы из охраны.
Тем временем, асфальт под колёсами автобуса закончился, а его фрагменты сохранялись только на обочине и тротуаре. Уличное освещение в этом квартале давно отключили из-за самовольных врезок в сеть местным населением. От обесточенных столбов по-прежнему тянулась к домам паутина проводов. В воздухе повис знаменитый аромат кебаба в восточном исполнении, хорошо знакомый всем челнокам.
В отличие от наших дачников, нуреки вымачивали баранину в вине, приправив травками, которые на 6-ти сотках не водятся. Поэтому над садовыми товариществами «Ромашка» и «Одуванчик» до сих нависает тяжёлый смог шейных карбонатов в уксусе. Но винить славян в неведении шашлыкоделия, так же глупо, как требовать в китайском ресторане щи из кислой капусты. Кебаб амбре окутал манящим облаком квартал облезлых хрущёвок, а точнее, «ульбрихтовок».
Похоже в округе одновременно дымились десятки мангалов с нежнейшей бараниной. Собаки, как явление, давно исчезли. Автобус пристроился на кусочке асфальта у обшарпанной коробки общепита бывшей ГДР, откуда доносилась восточная музыка. Боб удивлённо разглядывал гирлянды проводов, протянутых по воздуху от столбов уличного освещения к домам.
В квадрате «4120» отчётливо ощущался запах ацетона, всегда сопутствующий производству «химки» из марихуаны. Просвещённый Бульба тут же отметил знакомый криминальный букет: – Чёрные маскируют свои наркоточки под шашлычки, где заодно отмывают бабло. Похоже, здесь у неверных лаборатория. Они ещё и электричество со столбов прут, красавцы! На это способны только янычары.
На крыше бывшей столовки едва мерцала вывеска «Hassan Ali», а сквозь стеклянную дверь доносились восточные напевы. Вместо уличных указателей и рекламы стены пятиэтажек расписали слоганами на турецком «Amina koyum» и «sokarim sana» (турецк. Пошёл ты… твою мать…), что не могло означать «добро пожаловать»!
На соседней детской площадке развернули уличную торговлю в широком ассортименте, озвученном шашлычником: – Подходи, коллега! Бери кебаб и шашлык – всего 3 марка! Гарна девка один час дум-дум – десять марок, а чмок-чмок – пять! Возьми белый таблетка, кароший!
За спиной торговца выросли автоматизированные охранники с АК-47 в камуфляже. Бойцы громко ругались по-турецки: – Anani sikerim! Siktir git! Katak! (Турецк. брань).
В ответ Громов процитировал избранные места из словаря русского отборного О. А. Арбатской, и турки одобрительно захлопали.
На шум из автобуса вышел Томаш с банкой «Баварии»:
– Это бывший советский военный городок и его новые обитатели. После ухода ваших танкистов произошёл самозахват квартала янычарами. Сегодня здесь окопались турки, которые подтянулись из Гамбурга и Киля. Наш бургомистр пока только изучает ситуацию.
В самом конце бывшей улицы маршала Конева ярким пламенем разгорался старенький «Опель». Его сегодня поджигали третий раз.
Романов подтолкнул ошарашенного вице-спикера:
