Боб вломился в кабинет Галкина с бланком приглашения в руке и учинил там разнос: – Срочно найди мне акробатов, кто это сделал! Чувствую, ноги растут из соцотдела! Там все адреса пенсионеров и инвалидов. Сейчас же выдать всем, кто в очереди по 500 крон. После предъявлении пенсионной книжки. И не задавать бабушкам идиотских вопросов.
Романов с Рокки отконвоировали удивлённого Галкина в отдел соцобеспечения, где в первом же компьютере обнаружили болванку искомого приглашения. Здешние казнокрады готовились «распилить» очередные 2 миллиона крон, отведённые на пособия старикам и инвалидам.
Пачки новеньких пятисоток в банковской упаковке только что разложили на столе по конвертам, поделив по-братски между чиновниками.
Депутат срочно вызвал префекта полиции с оперативной группой. Эксперты изъяли из сейфа ещё 6 миллионов социальных крон и фиктивные ведомости с автографами уже получивших пособия граждан.
А проверка личных банковских счетов работников отдела выявила ещё 8 миллионов адресной поддержки малообеспеченным расхитителям. После национализации этих активов отдел в полном составе перевели в уютные зарешёченные номера с видом на залив, где как раз подошло время обеда. Привыкшие к спагетти а-ля карбонара, подследственные отведали похлёбки из макарон, которые назавтра подавались отдельным блюдом.
Ушлые демократы нового призыва изъяли из УК все статьи за экономические преступления, поэтому соцработников задержали за кражу.
Но при изъятии средств в бухгалтерии имела место и попытка суицида. Бросив прощальный взгляд на реквизированные миллионы, главбух соцотдела выпрыгнула в открытое окно. Она парила в воздухе с воплем «убийцы!», но совсем недолго. Позавчера отдел перевели на первый этаж, поэтому бухгалтерша угодила прямо в мусорный контейнер.
Все возвращённые миллионы тут же раздали пенсионерам в очереди из расчёта по 500 крон на лицо. В связи с задержанием соцработников на выдачу пособий срочно бросили районо и культотдел, которые только готовили свой распил.
Слухи о небывалой щедрости районной управы мгновенно облетели город и все последующие дни здание окружали толпы страждущих. В тёмных коридорах уже кипели схватки за места в очереди под лозунгом: «Вас здесь не стояло». Перед дверью соцотдела подрались ветераны войны: бывший красноармеец избил пожилого эсэсовца. Но неотложку вызвали обоим. После двухдневной осады кабинета Романова экстренно открылись кассы соцотдела во всех домоуправлениях и культурном центре.
В других районах города, где выплаты не производились, проходили демонстрации и марши пустых кастрюль. Старики оккупировали свои префектуры, блокировав все входы и выходы. О жертвах и разрушениях не сообщалось. Городские чиновники за глаза проклинали Боба, но открыто бросить камень в председателя комитета горимущества они не решались.
Под окнами тысячеголосый хор пенсионеров скандировал: – Воры, жулики, мародёры, – что, безусловно соответствовало действительности. Романов безоговорочно признавал обоснованность таких обвинений, хотя самолично успел прихватизировать только сухогруз стоимостью в 20 миллионов.
Решение пришло неожиданно. После долгих бесплодных совещаний городское руководство привело столицу ко II дополнительному бюджету на текущий год. В ходе обсуждения документа Горсобрание обратилось в Минсоцдел с требованием срочно закрыть обязательства перед столицей в части пособий пенсионерам.
Сумма дефицита достигла 100 миллионов, а правительство задумало прокрутить фонды в частном банке. Ультраправые умудрялись гадить оппозиционной мэрии по мере сил, сбросив всю сумму Таллину за месяц до конца года. Израсходовать 100 миллионов в авральном порядке не позволял бюджетный кодекс. А это значило, что в первый день нового года вся сумма обнулится в пользу государства. Следовательно, Боб оприходовал средства фондов в порядке авансовых платежей, создав тем самым прецедент для дополнительного бюджета.
Для окончательного решения вопроса в закрытой резиденции градоначальника собрался консилиум вице-мэров и глав районов. Досточтимые отцы города в поисках выхода долго бродили в лабиринтах свода законов о местном самоуправлении. Председатель комитета Романов участвовал в совете старейшин в качестве недремлющего ока законодательной власти.
Выслушав занудные реляции финансистов о «деквалификации локальных регулянтов», он встряхнул захрапевшего у микрофона вице-мэра Громова:
– Вы тут проводите правовой семинар по проблемам муниципалитетов! Но нам сейчас нужен нестандартный ход. Три чтения дополнительного бюджета и новый порядок начисления пособий нам до конца года не осилить. Значит, запускаем дурочку для Минфина, прокуратуры и Госконтроля. Горуправа и Горсобрание принимают целую линейку взаимоисключающих постановлений, решений и распоряжений, а райсоветы штампуют свои подзаконные акты о социальной поддержке. Аппарат, тем временем, быстренько раздаёт деньги населению.
При словах «раздаёт деньги» Громов проснулся окончательно:
