В эту секунду мимо нас пробежала девица в купальнике цыплячьего цвета. Хотя «пробежала» громко сказано, высокие золотые шпильки при каждом шаге проваливались в песок, из-за чего она ежесекундно наклонялась вперед и норовила упасть. Распознав в нас соотечественниц, девица нарочито отвернулась и утопала в другую сторону.
– Откуда они только их берут? – пробормотала Алиса.
– Кого?
– Стринги. Такие старомодные купальники уже лет пять не продаются.
– Из запасов. По-моему, все наши за границей делятся на два типа: одни сразу понижают голос в ресторане и делают вид, что не понимают по-русски, другие тут же бегут брататься и кричат: «А давайте вместе везде ходить!»
– Это еще что. Знала бы ты, сколько людей, заказывая туры, говорят: «Мы хотим курорт, где бы не было русских, но с тусовкой, и чтоб каждый день ездить на экскурсии в автобусе с русским гидом». Бла-бла-бла. Автобус, судя по всему, должен соткаться из воздуха или прилететь с другого курорта.
Вслед за девицей в стрингах на берегу возникла группа собирающих ракушки. Процессию возмущенно облаял внезапно объявившийся рядом белый песик. В холке он был не больше двадцати сантиметров, а его хвост злой морковкой указывал точно в небо.
– Ха! Это вест-хайленд-уайт-терьер. Смешной!
– На собаку Карандаша похож, – ответила Алиса. – Знаешь, такой клоун был.
– Нет, у того был скотч-терьер. С ними, говорят, если взять несколько штук, можно на медведя ходить. У скотчей челюсти очень сильные.
– Ты посмотри на него, с кем там на медведя-то?
– Во-первых, это другая порода, во-вторых, он еще маленький, подрастет сантиметров на десять.
– Угу, и можно будет на медведя ходить.
Щенок вдруг испуганно завизжал – со стороны Порт-Луи на лошадях к нам неслась компания человек из пяти. Терьер бросился к морю, но, поняв, что в воде от чудовищ не скрыться, спрятался за спину хозяйки. Ею оказалась рыженькая девушка лет восемнадцати в синей олимпийке, белых шортах и с наушниками. Присев на одно колено, она завязывала шнурок на кроссовке и не замечала паники за спиной.
– Возвращаются уже. Я видела, как они уезжали, – сказала Алиса. – Лошади – говно.
– Смотри, как он испугался. – Я показала на собачку.
– Не пойдем с ним на медведя, – резюмировала Алиса, доставая из косметички фотографию Орулы.
Владелица песика наконец-то оглянулась и, выхватив из его пасти не пойми откуда взявшуюся шишку, бросила ее в море, вскочила на ноги и побежала дальше. Подпрыгивая в воздухе, щенок бросился вдогонку.
– Так… Если бабки нет, – Алиса еще раз вгляделась в фотографию, – надо организовать поиски лорда и установить за ним слежку. Главное – найти. Он, кроме всего прочего, еще и светило археологии.
– Ага, какой-нибудь роскошный лысый старикан со вставной челюстью и тростью.
– Почему ты думаешь, что если ей восемьдесят три, то ему обязательно должно быть сто. Может, он молодой и ему всего-то полтинник?
– Ага, молодой и красивый принц в папиной короне и пурпурной мантии.
– А за ним группа санитаров.
– Волки на кобыле, львы в автомобиле, зайчики в трамвайчике, и следом папарацци. Дальше модели и толпа охотниц за чужим состоянием. Сейчас бы уже весь пляж тут гудел.
– А еще бы за ним бежал дворецкий с колокольчиком и кричал: «Овсянка, сэр!» – Алиса сделала балетный жест рукой. – При чем тут охотницы? Может, он, как настоящий принц, благородно беден, но сразу узнаваем в толпе по белому коню.
– Это мне Лана Капризная рассказывала: в какой-то книге с героя сваливаются портки, и все видят его подштанники с гербом, народ тут же падает ниц и кричит: «Вот он, истинный король Гондураса!» Слушай, вот кому надо написать, она нам этого лорда сейчас быстро нарисует.
– Это кто – писательница и специалистка по светской хронике?
– Она по принцам тоже специалистка. Попрошу фотку его достать. Если такая в принципе существует, она ее найдет на дне моря.
– Так вы же вроде не разговариваете.
– Мы перманентно не разговариваем, но в таком деле Светка не откажет.
Я принялась набирать эсэмэску, та никак не укладывалась в два или три сообщения.
– Ладно, давай телеграммой: «Лана тчк срочно пришли ммс фото и краткую биографию сэра ричарда литтона мне на телефон тчк родина в опасности тчк как смогу отзвоню». Ты слушаешь?
Но Алиса не слушала. Прищурившись, она буравила взглядом крошечную фигурку на лошади, с гулким топотом приближавшуюся к нам.
– Охренеть… Это он!
– Кто он, Алис? – отвлекшись от телефона, спросила я, но ответа не последовало.
Скакавший на лошади автомобильного цвета «папирус» всадник был высок, на вид лет тридцати – тридцати пяти, цвет волос имел русый, по крайней мере, светлый – точно было не разобрать из-за надвинутой на глаза жокейской шапочки.
– Кто он-то? – повторила я. – Любовь всей твоей жизни?
Алиса не ответила. Она смотрела на всадника, приоткрыв рот, как будто в трансе. Но то, что по песку мимо нас в начищенных сапогах и перчатках скакал на лошади Алисин бывший бойфренд, было маловероятно.
– Вух! – наконец произнесла она.
Движением руки я выманила боя из-под пальмы.
– Это кто? – Я показала на всадника.
