Сьелль настолько же прелестна, насколько Ас сногсшибателен. Волосы у нее розовые, в тон одежде. Рейнд – надменного вида темнокожая и темноволосая женщина. Битен – темный, лысый и язвительный. Причем лысина – это вроде как прическа, а не генетика. Паулз – бледная копия Аса. У Тобера волосы скорее всего тоже крашеные – в черный, один из его цветов. Как и у Аса, у него перья в волосах – только его цветов, оранжевые и коричневые.
Ас подмигнул репортерше, давая понять, что интервью, в котором та едва ли хоть слово вставила, закончено. Репортерша разулыбалась еще глупее и жеманнее. Ас отвернулся от нее и обвел взглядом столовую. И увидел меня.
Ну, круто.
«Не наживай себе врагов, – мысленно одернула я себя. – Хотя бы среди тех, кто не настроен заведомо против тебя». С забияками мне дело иметь приходилось. Даже в Монастырь время от времени попадают задиристые ребятишки, и монахам требуется время, чтобы научить их вести себя прилично. Внутри у меня все напряглось, и адреналин брызнул в кровь, но в таких ситуациях я всегда опираюсь на то, чему меня учили. Не нападай первой. Используй энергию нападающего. Обрати эту энергию против него.
Ас направлялся прямиком к нам. Нет смысла притворяться, что я его не замечаю. Я села чуть прямее и изобразила самое бесстрастное лицо, на какое только способна.
– Ну, – саркастически изрек Ас, – вот и наша сверхновая звездочка. Глядишь, скоро скинет меня с первого места. Тебя как звать-то, деревня?
Я кротко моргнула:
– Очень приятно познакомиться с тобой, Старший Охотник Ас. Меня зовут Рада.
Он побарабанил пальцами по подбородку, словно что-то припоминая:
– Рада… Рада… как там тебя… Ах да. Чарм. Дядюшкина племянница, верно?
Я придушила рвущуюся наружу ярость. Если я взбешусь, Гончие решат, что меня надо спасать, и придут без призыва… А это никому не надо и причинит кучу неудобств – в лучшем случае. А в худшем Ас решит, что я зарываюсь.
– Не совсем так, Старший Охотник, – искренне сказала я. – Я бы предпочла сюда не приезжать. Дядю я не видела лет с четырех-пяти и до сегодняшнего дня. Пик-Цивитас великолепен, но мне больше нравится дома. В действительности я говорила префекту Чарму, что хотела бы вернуться в свои края и защищать тех людей, среди которых выросла. Однако он дал мне понять, что мой переезд сюда имеет большое значение.
Он целое мгновение таращился на меня, точно не веря своим ушам. А потом грубо расхохотался:
– Да ведь ты это всерьез!
– Конечно, всерьез, Старший Охотник, – очень тихо подтвердила я. И боролась я уже не с гневом, а с внезапно нахлынувшей тоской по дому. – Но раз уж я тут, у меня нет намерения скидывать кого бы то ни было с первого места. Я хочу Охотиться и жить со всеми в мире.
Он наклонился к самому моему лицу и слегка ухмыльнулся:
– Ладно, раз ты такая мирная, давай-ка расскажи нам, как уложила того владыку Жителей. На такое только Элит-отряд способен, и то в полном составе. – Я вздрогнула, а он закивал: – Ага-ага, весь мир думает, что это были драккен с гогом, но у нас-то тут эфир настоящий. Мы-то знаем, что ты сделала.
– Ас, – предупреждающим тоном произнесла Карли, – сейчас не время и не место.
– Нет, погодите! – перебила я, взмахивая рукой. – Это, наверное, не очень понятно выглядело на экране. Ничего такого особенного, если честно. Пришлец… я его не уложила – он удрал. Я правду сказала: не я его спугнула, а «Геенны». Если хотите знать, что сделала я, могу показать прямо здесь. Правда, этот фокус второй раз на Жителях вряд ли сработает.
Ас, к моему облегчению, совершенно обалдел. Все, кто сидел в столовой, мало-помалу подтягивались к нам. Вот и хорошо. Пусть-ка попробует теперь задираться.
– Фокус? – подозрительно переспросил Ас.
– Фокус, – кивнула я. – Там, откуда я приехала, у нас нет «Геенн» и всяких технопримочек. Поэтому мы учимся малой магией получать большой результат. Я обещала показать и покажу – прямо сейчас. Может кто-нибудь сделать Стену или хотя бы Щит? Не такой мощный, как у Жителей, просто для наглядности.
Ас оглядел своих приятелей, но вперед вышел Паладин.
– Я сделаю, – буркнул он.
Он нагнул голову, побормотал себе под нос что-то молитвенное – и перед ним воздвигся хороший крепкий Щит.
– Отлично, – одобрила я. – Ну вот смотрите, что я сделала. Тогда это было быстро. А сейчас я нарочно повторю медленно, чтобы все видели.
Я начертила в воздухе Письмена, которые обычно рисовала только мысленно, и запустила крошечное заклинаньице, чтобы оно продырявило Щит Паладина.
