– Радка? – прошелестело у меня в наушниках.
– Их два, – выдохнула я, глотая комок страха в горле. – Два вайверна.
Меня всю трясло, под ложечкой ныло. Я сделала глубокий вдох и собрала в кулак всю волю, какую только смогла собрать. Потому что, если я прямо сейчас не возьму себя в руки – мы покойники.
– Вас понял. – И Паладин замолчал. Я посидела, скорчившись, подождала, пока отхлынет страх, чтобы мозг снова заработал.
Итак, со мной чужие Гончие, а передо мной одна из самых опасных тварей в среднем весе. Хорошие новости: из оружия у твари только зубы и когти. Плохие новости: тварь эта величиной с полдома, она проворнее меня, и у нее огромная уродская тупая башка и зубы размером с мой палец. И еще длинная шея. Покороче, чем у драккена, но мне и этого хватит. И весь вайверн покрыт броней. Так что ранить его я могу только поверхностно, до костей и органов мне не добраться. Ну разве только дать ему прямо в глаз.
– Кажется, мы попали, – сказала я Гончим Карли.
И внезапно в тесном коридоре сделалось еще теснее. Бац! – и Ча с нами.
«Друг сейчас в безопасности, – сообщил он мне, разглядывая вайверна. – В яме».
– Мы нашли укрытие, – одновременно заговорил в наушниках Паладин. – Я отправил к вам твоего вожака. Штаб говорит, все Элит-отряды заняты.
– Ча здесь, с нами, спасибо.
С Ча я начала соображать гораздо лучше. Еще хорошие новости: бетонные стены довольно крепкие, а вайверн довольно легкий. Летуны почти всегда легкие. Поэтому он не особо продвинулся в попытках добраться до меня. Возможно, у Паладина та же история. Я заставила себя думать медленнее, почти ушла в медитацию, как если бы вела учебный бой с кем-то из Учителей. Должен быть выход… Надо мысленно просчитать все возможности, снова и снова, и я его найду.
Если выбить вайверну глаз – он отступит, хотя и необязательно. Если выбить оба – отступит точно. Но все равно останется неуязвимым… Достанет ли у меня манны, чтобы врезать ему хорошенько или вдарить стрелой-молнией, придавить к земле и отрубить голову?
Даже если хватит, то потом не останется, чтобы помочь Паладину.
У меня есть гранаты. Ими можно его ранить или даже переломать ребра. Вот только использовать гранату в нашем тесном проходе – чистое безумие.
И тут я обратила внимание, что вайверн кидается на нас с широко раскрытой пастью. Мне пришла в голову одна мысль – то ли блестящая, то ли сумасшедшая, а может, вообще глупая. Но она засела у меня в голове, и я больше ни о чем думать не могла. Все-таки время поджимает. Мы не можем ждать, пока освободится Элит-отряд: они могут и до самой ночи возиться. А к ночи у вайвернов будет подкрепление.
Ча понимал, о чем я думаю. Он заскулил, но бацнул куда-то и вернулся с обломком металлической трубы длиной с мою руку.
Я дождалась его, чтобы разъяснить план гончим Карли. Им тоже не понравилось, но… куда деваться-то? Вайверн нас точно пересидит. И не исключено, что на весь наш сыр-бор приятели вайверна слетятся еще до ночи. Я отстегнула гранату с пояса и выдернула чеку. В одну руку я взяла трубу, в другую гранату с выдернутой чекой, держа палец на предохранительном рычаге. Мы с Гончими переглянулись, и они кивнули. Я громко сглотнула, приказав страху преобразоваться в адреналин, и начала обратный отсчет.
– Три, два, один! Пуск! – И мы всем скопом кинулись на вайверна, а он кинулся на нас.
Гончие повисли на его нижней челюсти, вцепившись зубами в отвисшую шкуру. Вайверн широко раззявил пасть – и я, запустив крошечное заклинание-вспышечку ему прямо в глаза, одновременно стала как можно глубже запихивать в его пасть кусок трубы. Его зубы заскребли мне по руке, но пока не очень больно, только надрывая кожу. Когда труба встала плотно, распялив вайверну челюсти, другой рукой я зашвырнула гранату глубоко в горло твари.
Целой и невредимой уйти не удалось: пока вайверн мотал головой, пытаясь избавиться от Гончих, трубы и гранаты, он прилично разодрал мне правую кисть и левое плечо. Кровь шла, но пока я ничего не чувствовала. Закончив с гранатой, я стрелой метнулась обратно в бетонный коридор. Гончие отпустили вайверна и последовали за мной. Вайверн шарахнулся прочь, отчаянно вскидывая голову, тряся ею. Граната то ли застряла у него в глотке, то ли…
Но через мгновение она дала о себе знать. Граната бабахнула у твари в утробе, и шею вайверна оторвало вместе с башкой.
Вот тут-то меня боль и накрыла. Я посмотрела, что с моими руками: раны оказались нешуточные, надо будет зашивать, но хотя бы ничего важное не задето и кости целы. Со мной и раньше такое случалось, и ничего – я доводила Охоту до конца.
Ча лизал мои раны. Он обработал их, остановил кровь, но все равно боль была адская. Мы выбрались из убежища к останкам вайверна. Гончие хотели выпить манну, пока она не ушла, поэтому мы чуть-чуть задержались, а потом помчались на выручку к Паладину. Ча мысленно докладывал обстановку.
