Дроны продолжали палить в зверя, тело которого было скрыто в поднявшемся дыму. Поэтому я не мог разглядеть никакой информации о нём. Зато прекрасно увидел членов экипажа «Харона», которые бросились на его защиту.
Одна девушка бросилась прямо в энергетический шторм, словно не боялась быть им задетой, а остальные встали перед троицей, атаковавшей Зверя.
— Здравствуй, Лютер, — заговорил невысокий владеющий в стандартной офицерской броне, но я ощущал, что он очень опасен. Да и Гея сказала, что именно у него внутри она почувствовала подобие Та’ар-интеллекта. Он явно был главным среди защитников Зверя. Скорее всего, тот самый кэп, о котором говорили Бринер и Ремая. — Вижу, что ты решил объединиться со вторым и третьим учеником, чтобы разобраться с первым, но я не позволю этого.
Понятия не имею, что сделал этот человек, но все дроны Проповедника одновременно упали, разрубленные на несколько частей. Только сейчас я заметил меч у него на поясе, который он держал двумя руками. Но меч находился в ножнах, и им точно нельзя было воспользоваться.
А ещё он нёс какой-то бред про Проповедника и его учеников.
— Здравствуй, Хирояки, — остановив Гилдарста и Гефеста, которые уже готовы были броситься на новых противников, ответил Проповедник. — Знаешь, сколько стоят мои дроны и кто теперь компенсирует мне их стоимость? А ведь ты должен мне ещё и за руку, отсечённую почти тридцать циклов назад. Я тогда забрал у тебя всего один глаз и несколько зубов. С тех пор утекло много воды, но я уверен, что ты уже не так хорош, как раньше. Оставь мне моего ученика и отступи, тогда я даю слово, что «Харон» сможет спокойно покинуть доки Окинавы, и никто не будет вас преследовать за сотрудничество со Сканнингом.
— Мы просто выполняем контракт, — пожал плечами Хирояки. — Выполним контракт и тогда покинем Окинаву. И не тебе обещать нам безопасный выход из доков. После смерти Кастора власть перешла к совету, а они…
— А они на нашей стороне, — вмешался я. — Вита, можешь сделать так, чтобы они нам не мешали? Алекс, я так понимаю, это вся команда «Харона»? Тогда скажи мне, где сестра?
— Пошла спасать Зверя. Конечно, он тот ещё отморозок, но наша задача — максимально помогать ему. Так что держись в стороне, Икар. Даже ментальных способностей Виты будет недостаточно, чтобы повлиять на нас. Несколько дней, проведённых вместе, позволили об этом позаботиться.
Но Вита была другого мнения и, не сдерживаясь, нанесла ментальный удар. Практически такой же сильный, как в мастерской Соло. Вылезли сообщения о блокировке ментальной атаки, Проповедник принялся ругаться, Ремая вывалилась из маскировки, отчего-то стоя рядом с Гилдарстом, а вот основную часть команды «Харона» атака юной королевы не задела. По крайней мере, они не подали вида.
Но это нас не задела атака Виты, а вот всем остальным в радиусе сотни метров досталось очень крепко, в том числе и Зверю. Раздался очередной яростный рык, также оставляя свой ментальный след, и в том месте, где находился Зверь, появился чёрный маркер, а рядом с ним — зелёная точка, которая могла принадлежать только Аелле.
После рыка Зверя я ощутил сестру как никогда раньше. Ощутил, что она сильно напугана, но точно не собирается сдаваться. А дальше уже было не до размышлений: экипаж «Харона» разлетелся словно бумажные фигурки, когда в них врезалась исходящая паром фигура настоящего зверя.
Если при нашей первой встрече я был уверен, что Зверь — это человек, то сейчас не было никаких сомнений, что передо мной заражённый. Смесь Уруса с земным волком, от которого и вели свой род Сканнинги.
Эта информация, как и ещё множество другой, просто всплыла в разуме, угрожая затопить меня и погрести под собой. Отчего-то общемировое информационное поле решило в один момент пропустить через меня неимоверные объёмы информации. Настоящий океан, способный унести в свою пучину любого…
Но не того, кто стал компаньоном с уникальным творением человеческих учёных — старшим Та’ар-интеллектом, для создания которого использовали разумы сотен тысяч людей, добровольно согласившихся пойти на это.
Гея приняла на себя основной информационный удар, став для меня громоотводом в центре самой ужасной бури, что только может разразиться. Её вмешательство позволило вычленить из всего хаотического потока информации лишь ту, что была необходима в данный момент.
