Раньше я применял технику истребителя всего один раз, но все необходимые умения и навыки уже были в разуме, поэтому сразу после её активации последовала очередь из импульсных пушек, заставившая один из истребителей орбиталов взорваться. Я и сам не ожидал подобного и даже замешкался на мгновение, чем и воспользовались противники, обрушив на меня огненный шквал.
Ускорение здесь было куда мощнее, поэтому вырваться из-под обстрела оказалось довольно легко, как и сбить ещё пару небесных воинов, проносясь мимо крейсера. Сбил их, задев крыльями истребителя.
Я ощущал себя единым целым с кораблём. Не было никакого кресла, приборов управления и прочего. Хватало одной мысли, чтобы истребитель реагировал и менял направление, ускорялся либо замедлялся и открывал огонь.
Каждая деталь корабля ощущалась частью меня, и её можно было усовершенствовать. Радиус действия тактической сети увеличился в несколько раз и стал больше километра. Появились новые маркеры, которые принадлежали истребителям орбиталов. Девять полноценных звеньев и одно уже лишившееся корабля.
Представил, как включаю наружные камеры, и перед глазами сразу же появилось всё, что происходит снаружи. Практически круговой обзор, который я мог в любой момент изменить.
На таком расстоянии Вита казалась совсем маленькой. Крошкой, которая не только успешно отбивалась от атак орбиталов, но и двигалась вперёд под прикрытием проекций Марка. Их симбиоз вышел невероятно продуктивным в защитном плане. Юная королева шла вперёд, периодически используя ускорение.
Мне хватило пары мгновений, чтобы понять, что с ней всё в полном порядке. Вита точно сможет добраться до эсминца. Значит, можно не отвлекаться на её защиту и полностью сосредоточиться на противнике. Шанс меньше одного процента — это всё же шанс. Я точно не собираюсь сдаваться и соглашаться с поражением раньше времени.
Немного отклониться в сторону, пропуская мимо очередь из кинетического оружия, затем на ускорении оказаться слева от стрелявшего в меня пилота и использовать себя в качестве тарана, предварительно немного усилив броню. Этого вполне хватило, чтобы орбиталы лишились ещё одного истребителя.
Поймать в прицел ближайшего противника и выстрелить по нему, сразу же переключаясь на другого. И неважно, попал я или нет. Вокруг было столько целей, что времени на проверку не оставалось.
Одновременно со стрельбой необходимо было крутиться волчком, чтобы избегать вражеских попаданий. Но даже этого оказалось слишком мало, и броня периодически ловила атаки орбиталов. Пока она держалась, но некоторые участки уже тревожно мигали жёлтым. Я был гораздо быстрее, а вот по огневой мощи многократно проигрывал. Единственное, чем я мог сейчас помочь Вите и ребятам в крейсере — максимально отвлечь на себя противника.
— Гея, ты сможешь создать такие проекции, как и Марк? Чем больше, тем лучше.
А затем вылезло сообщение о несанкционированном подключении и запросе использовать мою энергетическую систему. Разрешение было удовлетворено.
Та’ар стремительно убывал, но восстановить его сегодня не будет сложно. К тому же у меня всё ещё была компенсация, полученная от генерала Андерсона. Так что к растрате собственных запасов точно не придётся прибегать.
Создание одного фантома обходилось в 10 Та’ар. Цена активации кадетских техник. И, судя по оставшемуся количеству Та’ар, Гея уже создала больше ста моих копий.
Фантомы Марка точно обманывали не только небесных воинов, но и системы истребителей орбиталов, а у Геи в этом плане всё должно быть ещё лучше. Всё же она старший Та’ар-интеллект, управляющая программа флагманского линкора и вообще самый лучший напарник, который только может быть.
Я лишь мысленно улыбнулся ей и чтобы ещё больше запутать орбиталов прямо на лету начал создавать конструкты грифов. Если проекции были совершенно не опасны для противника, то грифы могли его удивить. Просто приказал им нападать на всех крылатых.
Истребители конструктам были не по зубам. Они за ними не смогут угнаться, в отличие от висперов.
Десяток грифов и десяток висперов устремились в бой в тот момент, когда я смог спустить на землю ещё одного крылатого и сам при этом получил нехилый удар в левый борт. Броня в том месте окрасилась красным. Пришлось её срочно укреплять, чтобы выдержала все перегрузки, которым я подвергался, выполняя сложнейшие манёвры на сумасшедших скоростях.
