Вряд ли стоит вам напоминать, что в то время как этот полуоккультизм может служить ступенью к оккультизму истинному, псевдооккультизм как правило определённо является для него препятствием. К псевдооккультизму можно отнести "оккультные искусства", в изучении которых погрязли многие подававшие надежды начинающие, сбившись с пути и потратив свои жизни зря. Геомантия, хиромантия, карты таро — всё это неплохо для тех, кто хотел бы пробраться обходными путями природы и добыть знания о её скрытых трудах. Эти науки могут быть безвредными, интересными и даже в чём-то полезными, но это не оккультизм, и их профессора оккультистами не являются. Некоторый успех в этих занятиях — а для него не требуется высоких качеств ума и сердца — может вскормить самые абсурдные претензии и тщеславие, будто эти шашни с апсарами царства оккультизма превратили заурядного человека в одного из его правителей, великого мага. Человек может быть мастером этих искусств, и всё же быть дальше от оккультизма, чем какая-нибудь чистая и бескорыстная женщина, стремящаяся лишь любить и служить, или щедрый и великодушный человек, посвятивший свою жизнь помощи своим собратьям. А если эти искусства обращены на достижение эгоистичных целей или питают тщеславие, их профессор может оказаться в опасной близости к вратам левого пути.
Если посмотреть, как применить всё это к нашему нынешнему движению, урок этот разглядеть довольно легко. В наши дни снова произошло великое излияние истинной жизни, и снова хранителями и сосудами этой жизни были предприняты усилия направить истинные духовные энергии в помощь человеку, чтобы возвысить его во всех областях его бытия и вновь сделать настоящую жизнь возможной. На это указывали определённые заявления, а также намёки, в разных местах рассыпанные той, кто была особой их посланницей в наше время, известившей о возможности, открывающейся теперь и для нашей расы. И в том документе, на который я ссылалась, есть высказывание, одной фразой передающее жизненную реальность. Там сказано, что когда человек человек становится настоящим оккультистом, он становится просто благотворной силой, действующей в мире. Люди прочитывают это высказывание среди прочих, совершенно не осознавая его смысла, и оно не действует на неготовые ещё умы и сердца со всей своей силой. Ведь очень много есть вещей, которые упускаются из-за недостатка восприимчивости, и много есть истин, которые провозглашаются, но остаются туманными и неясными для всех, кроме тех, чьи глаза уже начинают открываться, чтобы видеть, а уши — чтобы слышать. И это высказывание, в нескольких словах выражающее оккультную жизнь, как раз из тех, что большинство читателей проскакивают, не осознавая его значения. Не будет ни истинной духовной жизни, ни настоящего оккультизма, пока человек по меньшей мере не признает, что единственная цель его жизни — стать силой, творящей добро в мире, и только. Он больше не будет стремиться к собственному прогрессу и искать собственной жизни, собственного развития, не будет искать, что могут дать лично ему земля, небеса, или какие-нибудь иные миры. В нём остаётся лишь одно — жажда быть полезным, лишь один мотив существования — быть каналом для великой Божественной Жизни, дабы она могла более действенно разливаться в мире людей и во всех мирах, где есть жизнь.
Когда это распознано, хотя бы и издали, когда этот идеал впервые забрезжил в человеческом сердце — будь то благодаря интеллектуальному признанию его возвышенности или благоговейному ощущению его истинности — тогда в человеке впервые происходит движение духовной жизни, и начинает пробуждаться первый зародыш духовной природы. И так мы начинаем сознавать, что если мы стремимся к истинному оккультизму и хотим его понять, мы должны начать приготовление к нему путём такой работы над своим характером, какой учит всякая религия. Часто приходится слышать, как кто-нибудь среди нас говорит:
"Мы знаем все эти истины, и в теософии нет ничего нового, когда она повторяет старую мораль. Нам говорят — будьте бескорыстными, стремитесь помогать другим, устраняйте личностное отношение и прочие недостатки — всё это старая история, и мы уже устали это слушать. Мы желаем чего-то нового, свежих знаний, каких-то фактов об астральном мире и странных парадоксов из ментальной области — вот чего мы хотим от теософии, вот чего мы ищем, и не хотим, чтобы нам втирали все эти этические максимы, которые стары как мир, которым учит всякая религия, и которые можно услышать с любого амвона."
