– Жаль, – разочарованно проговорил врач. – А то у меня хорошие тиски есть и паяльник.
– А тиски зачем? – уточнил, искренне удивленный Титов.
– Ну, как зачем? – хохотнул Рафик. – Пальцы ее дробить.
– Ну, думаю, до этого не дойдет, – ответил Игорь, улыбнувшись. – Она нужна как свидетель в одном очень важном деле.
– Ну, ладно, – проговорил Рафик, отхлебывая из банки. – Раз надо, значит давайте, украдем. Делов – то! И когда это нужно сделать?
– Сначала нужно найти машину, желательно санитарную, – проговорил капитан. Выкладывая содержимое привезенных пакетов. – Твою служебную можно будет взять?
– Ну, а почему нет? – отозвался тот, пожав плечами. – Только где бензина взять? У нас с этим проблема ужасная.
– Ну, эту ужасную проблему я беру на себя, – усмехнувшись проговорил Игорь.
Прошло несколько часов, прежде чем в разговорах и спорах, ими были тщательно проработаны все возможные варианты. Включая самые неблагоприятные, всевозможные пути отступления и прикрытия, а так же что самое главное, была разработана правдоподобная легенда, по которой Ситникова должна была покинуть стены своей палаты.
Титов давно уже уехал, а Рафик с Захаровым еще долго беседовали на разные темы. Было решено, что на сегодняшний день дача Рафика – это самое безопасное место для Игоря и, что он будет находиться здесь столько, сколько для этого потребуется.
На следующий день на даче, появилась самая необходимая домашняя утварь, начиная от ложек и вилок, кончая телевизором и портативной газовой плитой. Был также решен вопрос с бензином, через одного из знакомых коммерсантов Игоря.
А в обеденный перерыв в ворота госпиталя въехал самый обычный медицинский УАЗик, который неторопливо подъехал с тыльной стороны пищеблока. Из машины неторопливо вышел санитар с водителем, и скрылись в здании. Вскоре они вынесли и загрузили в машину несколько узлов белья предназначенного для стирки, погрузив их в машину, так же неторопливо пересекли КПП в обратном направлении. Никто не обратил, внимание на эту сцену, которая происходит здесь каждую неделю. Даже потом много часов спустя, когда была поднята по тревоге вся охрана, и то точно никто не мог описать ни шофера, ни санитара. Единственное на чем все сходились в своих показаниях, так это на машине, самой настоящей «Скорой помощи», именуемой в народе «таблеткой». Номер же машины, который зафиксировал при въезде наряд, оказался поддельным.
После отъезда Титова с Рафиком, так артистично сыгравших роль обслуживающего персонала, Игорь долго сидел у дивана, пристально глядя на осунувшееся, бледное лицо Ситниковой, которой еще в госпитале было дано снотворное и которая продолжала крепко спать.
«Как знать, – думал он, глядя на гостью, – сколько девиц можно было бы спасти в застойные годы, не будь этого мифа о том, что проституции при социализме нет. Как стыдливо замалчивалась эта тема на газетных и журнальных полосах».
Захаров медленно достал пачку сигарет и, откусив фильтр, закурил. Он вспомнил, что даже в учебниках криминологии застойного Советского периода утверждалось, что проституция, как и наркомания, есть только в загнивающем капитализме. Его как и сослуживцев всегда коробило от всего этого. Можно было подумать, что если бы общество узнало об этом, то это известие «подорвало» бы морально-нравственные устои страны. «– Что за времена были? Строили коммунизм, верили в светлое будущее, терпели все беды и невзгоды из-за этого. А что общество получило в итоге? – думал Игорь, дымя сигаретой. Развал страны, экономики, армии, перевернулись устои, ценности. Чему сейчас молятся табуны молодых, опустившихся духовно юнцов? Шелесту денежных знаков и. похоже, их больше ничего не интересует».
Захаров, поморщившись, встал и подойдя к окну, стал задумчиво рассматривать соседские участки.
«Все правильно, если нет проституции официально, то и бороться с ней не зачем. Начальники и начальнички всех рангов старались «закрывать» глаза на все эти уродливые проявления. Вот и получилось, что на деле с проституцией пытались бороться менты, не имея ни законодательной базы, ни желания признавать очевидные вещи. В результате имеем то, что имеем. Какие-то ублюдки с желтыми ногтями правят балом, жируют на чужих бедах и смеются над потугами общества».
Игорь, задумчиво посмотрел на пакет, оставленный Рафиком на подоконнике, с медицинской картой Ларисы.
Протянув руку, вскрыл пакет, бегло просмотрел записи.
