– Хорошо, я, подумаю, – проговорила Лариса, глядя подозрительно, на собеседника.
– Вот, вот, подумай, да, и чем ты быстрей надумаешь, где этого умника сыскать – тем будет лучше для нас обоих. Ладно, пойдем на кухню, а то скоро кино начнется после новостей.
– Пойдем, – буркнула Ситникова, утирая слезы. – Почему в этом доме, нет ни одного зеркала?
– Это, из-за твоей безопасности, – невозмутимо ответил Игорь, осторожно спускаясь по лестнице.
– Это еще почему? – удивленно спросила гостья. Усиленно растирая, заплаканные глаза.
– Видишь ли, ты, какое-то время находилась рядом со своим дружком Валетом.
– И, что, после этого так подурнела?
– Да, дело то не в твоей красоте, – отозвался майор, открывая холодильник.
– А в чем тогда?
– Помнишь, ты слышала голос по телефону, ну который как из могилы был?
– Помню! И, что? – вздрогнув, спросила женщина.
– Есть серьезные опасения, что слышала ты голос хозяина Валета. Человека очень опасного и дьявольски осторожного, кроме того обладающего большими связями за границей. А самое главное обладающего непонятными возможностями воздействовать на человека на расстоянии.
– Это касается и меня? – испуганно спросила Ситникова. Вжав голову в плечи.
– К сожалению очень даже может быть.
– А причем тут зеркало?
– Есть соображения, что неугодные ему люди или ставшие опасными, по тем или иным причинам, убираются им при помощи зеркала.
– По голове, что ли? – испуганно уточнила Ситникова.
– Да нет. Увидев свое отражение при определенных условиях, в мозг человека дается команда из подсознания, и человек умирает от кровоизлияния в мозг.
– Значит, это и я могу умереть? – тихо прошептала Лариса, озираясь по сторонам.
– Тут зеркал нету, которые могли бы спровоцировать смерть. И потом все это из области предположений, поэтому не стоит принимать все сказанное близко к сердцу.
– А, если все, что ты сказал, правда? – затравленно выдавила Ситникова, садясь за стол. – И это касается меня.
– А чтобы это точно не было правдой мы с тобой должны показаться врачу.
– Опять к врачам? – тихо уточнила Ситниковаа. Глядя расширенными зрачками в одну точку.
– Подожди, подожди, красавица, – испуганно зачастил Захаров. Глядя, как вытягивается лицо собеседницы, и расширяются от страха ее зрачки. – Эй, эй, – он пощелкал пальцами перед ее лицом. – Ты веришь мне? Зачем мне тебя обманывать? Ну, ответь мне, – бормотал он. Тряся за плечи, сползающую на пол, по стене Ларису, с каким-то неестественным, отрешенном видом. – Завтра с утра, приедет машина, и мы с тобой съездим к знакомому врачу. Он постарается оградить тебя от этого симптома, если, конечно, в твоей головке уже взведена эта дьявольская пружина.
– Опять будут колоть? – тихо спросила Ситникова. Сидя на полу, прислонившись головой к холодильнику.
– Да, нет, не будет никаких уколов, просто с тобой побеседует знакомый психиатр.
– И все?
– И все. По крайней мере, пока. Ну, возьми себя в руки, мне тяжело тебя поднимать из-за ранения. Вставай, пожалуйста и садись к столу.
– Я никак не могу понять, ну как можно человеку приказать умереть? – пожав плечами, прошептала женщина.
– Я признаться, сам это до конца не понимаю, – признался Игорь, с трудом садясь рядом. – Он, ну «некто» пока неизвестный, каким то образом дает человеку какую-то установку, и при определенных обстоятельствах, стоит лишь взглянуть в зеркало, как человек получает кровоизлияние в мозг.
– Господи, когда же все это закончится? – устало, проговорила Ситникова, глядя в стену напротив. – Я хочу увидеть своего ребенка. Организуй мне встречу, пожалуйста!
– Наши доброжелатели только и ждут такого подарка, ты уж поверь мне. Прежде чем нам начать жить нормальной жизнью мы с тобой должны сделать себе страховой полис, а ты, это никак понять не хочешь, – с досадой проговорил Игорь.
– Да, я хочу тебе помочь и себе! Но, что я могу сделать?
– Дай для начала адрес бухгалтера настоящего, не того который числился, а настоящего. Где у него нора? Может, через него выйдем на хозяина, который стоял над Валетом. На людей из его окружения помоги выйти. Пойми, не может человек жить в вакууме, ведь с кем-то он встречается, общается, одним словом связи – это тоже большое дело.
– Я не помню его адреса, поверь мне, не помню, – проговорила Ситникова. Прикуривая сигарету дрожащими руками. – Мы с Валетом заезжали к нему всего то один раз, ну, правда, как вспомню, скажу.
– Хорошо, давай не будем форсировать события. Пойми, мне хочется видеть в твоем лице даже не друга, а хотя бы товарища по несчастью.
– Я понимаю тебя, я на твоей стороне. Поэтому, можешь рассчитывать на меня. Очень хочется верить, – она оценивающе окинула взглядом Игоря, – что ты поможешь и мне и моему ребенку. Просто хочется верить.
Захаров не спал всю ночь, точнее проваливался, периодически в какие-то липкие ямы, которые никак нельзя было назвать сном. Прислушиваясь к тихому сопению Ларисы, он мучительно думал о том, что нужно делать дальше, чтобы не совершить при этом ошибок.
