– Хорошая мысль, майор, – кивнув проговорил полковник. С любопытством взглянув на Игоря. – Только как же нам быть с такими, как например Шаман? Ведь вы сами убедились, что его не видно, его не слышно, но он существует. И плевал он пока на все ваши удавочки. Многие ведь вообще не верят в его существование. А?
– Для детализации у меня пока мало материала, но то, что за такими как Валет стоит некто по кличке Шаман – это точно. Он очень хитер и очень опасен – это не вызывает сомнений. Но, думаю, и на него удавочку примерим, – с яростью пробормотал Захаров. – Лично я его не видел – это все, что могу сказать!
– Видел, видел ты его где-то, – хохотнув, возразил собеседник, выбрасывая сигарету. – Иначе собака твоя на тебя бы не кинулась, поверь мне на слово. Я его повадки знаю.
– Я догадывался, что без него тут не обошлось! – с прищуром отозвался Игорь.
– Мы приехали сюда, после того, как получили от вас запрос с просьбой проверить федеральную картотеку и все, что связано с кличкой или фамилией Шаман.
– Значит, вы здесь уже не первый день работаете? – вырвалось у Игоря.
– Ну, какое-то время. Скажи лучше, майор, какие есть мысли по поводу массажного салона.
– «Аленушки»?
– Ее родимой.
– Считаю, что салон является «крышей» для отмывания денег в частности той же группировки Валета, это – во-первых.
– А во-вторых?
– Во-вторых, – это, цивильное на первый взгляд, заведение по сути своей обычный притон. Где-либо готовят проституток, либо он связан каким-то боком с порнобизнесом. У меня есть данные, что в доме у Валета бывали гости из-за бугра, частенько крутили видик с нашими девицами.
– Порнографию?
– Да, в том то и дело, что одни девицы обнаженные, а за кадром, титры о росте, весе, и так далее.
– Как рекламные ролики что ли?
– Вроде того!
– Это интересно, – проговорил Крапивин. Повернувшись к майору в пол оборота. – А снималось это где?
– Думаю, что в салоне эти ролики и снимались.
– Значит, и за рубеж девочек готовили?
– Да, у меня есть информация, подтверждающая это и из другого источника, через салон шла торговля девицами, в том числе за границу.
– Ладно, майор, разговор закончим позже. Сейчас тебя отведут в нашу «гостиницу», поживешь пока с нашими людьми. Заодно и в работе подсобишь. Идет?
– У меня есть разве выбор? – спросил Захаров, криво улыбнувшись.
– Боюсь, что нет, – задумчиво проговорил полковник. – Слишком много ты дров наломал, да таких, что я в тебе засомневался. Присмотреться к тебе решил.
– Тогда я согласен, – кивнув, пробормотал Игорь.
– На том, значит, и порешим, я скажу, чтобы тебе одежонку подобрали. Не гоже, в больничном халате расхаживать.
Место куда привезли Захарова, пользовалось в городе дурной славой, Бывшая промзона, не настраивала, особенно в вечернее время, на лирический лад. Повсюду стояли заброшенные цеха с пустыми оконными проемами за высоким забором, где гулял ветер, да изредка тишину нарушали дикие голуби. Вся пром-зона была окружена ивовыми зарослями, с редкими отдельно-стоящими тополями.
В одном из бараков, где когда-то жили рабочие, как оказалось, и разместилась бригада спецназа. Беглый, но тренированный взгляд позволил Захарову определить, что рабочий офис размещался где-то в другом месте. Здесь же шла вся черновая работа, начиная от проживания прибывших оперативников до отработки вопросов связи и накопления агентурных данных.
Массивная дверь бесшумно отворилась, и на пороге появился часовой, амуниция которого, начиная от сферического шлема, тяжелого бронежилета, камуфлированного костюма до автомата наперевес, говорило о том, что настроены гости очень решительно.
Увидев своего начальника, часовой сделал шаг в сторону, и вытянулся по стойке смирно, а еще несколько человек из охраны последовали его примеру.
– Определите этого человека на проживание, – бросил Крапивин дежурному, – а также поставьте его на наше довольствие. Шмотки подберите. Это наш товарищ, но он должен находиться только в своей комнате, – проговорил полковник. И не взглянув на Захарова, направился к машине.
Комната, куда определили майора на проживание, имела метров пять в длину и примерно столько же в ширину. Без единого окна с низким потолком, нехитрой обстановкой, она скорее напоминала темницу. В прежние времена помещение видимо служила бытовой комнатой, одной из бригад коммунистического труда.
Игорь оценивающе окинул взглядом свое жилье, обстановку, которая состояла из металлической кровати с панцирной сеткой, видавший виды матрац, подушки, допотопной тумбочки и старого письменного стола без дверки. Интерьер довершала лампочка, тускло горевшая в центре облупившегося потолка.
– Я помогу вам с обустройством вашего быта, – проговорил рослый дежурный в камуфляже. – Постельное белье вы найдете в тумбочке, обедать будете во вторую смену, это в 13–30, а завтрак и ужин вам будут приносить сюда.
– А кормят на вашем курорте хорошо? – осведомился майор, доставая сигарету.
– Никто не жалуется, думаю, и вам понравится. Да если вам что-либо понадобится, в коридоре находится постоянно дневальный.
– Хорошо, а прогулки мне положены?
