— А вот примерно оттуда, — покрутив головой, Виктор указал рукой себе за спину. — Если смотреть на юго-восток, там с нами соседствует Дайкирия. Чуть левее расположена страна аксаутов, а еще дальше — Фестия. Вот оттуда, надо думать, они и прутся к нам чуть ли не каждый год…
— Погоди, погоди! — прервал его Потап. — Что-то у тебя концы с концами не сходятся. Какая еще Дайкирия! Я, конечно, не учитель географии, но, по-моему, в соседях у Томусидо значатся лишь две страны — Таиланд и Мьянма.
— Верно, — хмуро подтвердил Виктор. — В наших привычных картах так и прорисовано, но здесь у них все совершенно иначе.
— Как это — иначе?
— Да что вы ко мне привязались! — лицо Виктора вновь пошло пунцовыми пятнами. — Ну, скажу я вам, что прутся они из сопредельного мира — что вам, легче от этого станет?
— Не понял! — Потап нахмурился. — Какой еще, на хрен, сопредельный мир?
Вместо ответа Виктор неожиданно достал из кармана небольшой пистолетик и, быстро взведя затвор, навел ствол на бритоголового.
— Ты что, с дуба свалился! — Танкист подпрыгнул на месте, и в ту же секунду отчетливо щелкнул спусковой механизм пистолета.
— Эй, парень, ты чего! — привстав с места, Потап встревожено переводил взгляд с живого Танкиста на Виктора. — Это тебе не игрушка!
— Верно, не игрушка. И патрон я в ствол загнал самый настоящий. Но вы хотели знать, почему туристам раздавали холодное оружие, — вот я и выдал вам наглядное объяснение. — Виктор невесело улыбнулся. — Парадокс заключается в том, что мощнейшая техника Томусидо в новом пространстве работать перестает.
— Как это?
— А вот так! Каждое вторжение сопровождается смешением пространств. Только не спрашивайте меня, как это происходит, я не ученый и в подобных вещах не разбираюсь. Знаю только, что если подмешать в бензин воду, никакой двигатель уже не заведется. Нечто подобное происходит и здесь. Ракеты с самолетами не летают, пулеметы не стреляют, лампы не горят, турбины электричества не вырабатывают. — Виктор вздохнул. — Я хочу сказать, что здесь начинают работать другие законы.
— Но ведь еще утром все было нормально! И свет горел, и холодильники с телевизорами работали.
— Верно, — кивнул Виктор, — нет вторжения, все протекает обычным образом. Появляются дайки, и сразу начинается вся эта чехарда. Соответственно и война получается совсем уже другая — без радаров, вертолетов и ядерного оружия.
— Да-а… Что называется — приплыли… — не скрывая своего скепсиса, Танкист громко фыркнул. Президент «Уральских Сладостей» рассеянно достал очередную шоколадку и положил ее на ладонь ошарашенной Ксении. Миронов со Шматовым озабоченно переглянулись.
— Бред, верно?
— Что есть, то есть, хотя… — завершить фразу Потап не успел. Снаружи в дверь сильно ударили, и сразу вслед за этим раздались гортанные голоса.
— Кажись, влипли… — сипло произнес Танкист. Шматов потянул к себе шпагу, но в последний момент Виктор удержал его руку.
— Погоди, может, обойдется. Я ведь и дайкирийский немного знаю. Попробуем с ними договориться.
— Что ж, пробуй, полиглот… — Шматов с неохотой спрятал шпагу обратно под стол, а спустя секунду, бряцая оружием и позванивая шпорами, в кафе уже входили бородатые дайки — не менее дюжины человек, все с теми же кривыми мечами в ножнах, с тюрбанами на головах, в халатах и шароварах. Едва бросив на них взгляд, Миронов обреченно зажмурился. Он почему-то сразу понял, что мирного исхода не получится…
Дом казался абсолютно мертвым, — ни людей, ни электричества, ничего. На всех этажах пыль вперемешку с песком, никому не нужная мебель, обесточенная аппаратура. Самое удивительное, что Вадим не видел здесь даже глонов. И если бы это был первый такой дом! Продвигаясь по городу, он с дотошностью ученого обследовал округу, убеждаясь, что подобная картина наблюдается во всех кварталах томусидианской столицы. Он бы ничуть не удивился, если бы почувствовал запах гниения, однако ничего этого не было. Здания кинотеатров, музеи и великолепные небоскребы — все пустовало, яснее ясного подтверждая версию о том, что жители Томусидо предпочли плену экстренную эвакуацию. Если где и обнаруживалась жизнь, то источником ее всякий раз оказывались дайки. Подобно муравьям они продолжали бродить по городу, врываясь в дома, набивая вещами огромные торбы, срывая с гардин шелковые шторы, скатывая в рулоны тяжелые ковры, мелочь вроде пуговиц, ниток, зеркалец и расчесок насыпали прямо в мешки. Дайков было очень много, но даже их полчища легко и просто растворялись в этом огромном, рассчитанном на многие миллионы жителей городе. Так или иначе, но мало что напоминало о недавнем присутствии томусидиан, и, судя по всему, это в немалой степени удивляло самих захватчиков. Вадим не вступал с ними в длительные беседы, но даже нескольких коротких встреч оказалось вполне достаточно, чтобы уяснить себе странность сложившейся ситуации.
