Даже обычное зрение без труда распознало бы в этих дайках привилегированных воинов. Что-то неуловимо связывало их с тем князем, против которого большая часть навыков Вадима оказалась бессильной. Он уже понимал, что здешняя элита тоже неплохо владеет метателами, прекрасно их видит и давным-давно успела обзавестись собственной техникой единоборства. По крайней мере, в той части, что касалась боевого мастерства, они оказались явно сильнее Дымова. Правда, он еще не выяснил, способны ли они капсулировать энергию, обращать ее в плазму и огненные удары. Не знал он и того, умеют ли они погружаться в чужие мысли, общаться друг с другом телепатически, читать прошлое и будущее. Хотелось верить, что определенные козыри на руках у него еще оставались, и, тем не менее, рисковать Дымов не хотел. Можно было бы, конечно, устроить им тут показательное Бородино с миниатюрными молниями, плазменными бомбами и высотными подскоками в воздух, но во-первых, не было никаких гарантий, что эти красавцы не ответят ему теми же фокусами, а во-вторых, перед Вадимом стояла иная — куда более важная задача по розыску и возвращению исчезнувших друзей. Кроме того, использование столь комплексной защиты привело бы к стремительному истощению всех его энергетических ресурсов, после чего обессиленного Дымова можно было брать голыми руками. Разумеется, подобный исход его также не прельщал, и лишний раз Вадим пожалел, что упустил время и не создал в гостинице парочку-другую резервных накопителей. Было бы еще лучше, если бы он прибег к процедуре создания полевого «кокона». Кокон «окутывал» тело сантиметровым энергетическим слоем и в сравнении с обычными накопителями давал впечатляющее превосходство. Технологию создания коконов он освоил сравнительно недавно, начав практиковать на зоне многоканальную терапию. Энергии при этом уходило во много раз больше, и обычных накопителей хватало всего на один-два сеанса. Кокон же позволял работать абсолютно автономно, не прибегая к подзарядке достаточно долго. Другое дело, что и времени на его создание требовалось значительно больше. Да и не было здесь источников энергии, способных подпитать целителя столь чистой энергией. Разве что дождаться грозы и поймать настоящую молнию, но надеяться на это было довольно сложно. Зато будь у него кокон с самого начала, можно было бы не бояться этих джигитов. Да и тот рубака из гостиницы не сумел бы его достать, поскольку кокон обеспечивал метаброню несокрушимой прочности. Впрочем, чего нет, того нет, а потому и время на лишние вздохи тратить не стоило.
Набычившись, Дымов продолжал взирать на своих противников. Сидя на рыжих верблюдах, они воинственно трепетали свисающими до земли лимбами, нервно теребили рукояти своих ятаганов и тоже не спешили действовать. Надо понимать, были о нем уже наслышаны, потому и осторожничали.
Продолжая держать в поле зрения цепочку витязей сзади, Дымов колотнул пятками в бока Рыцаря, заставив его двинуться прямо к противнику. Вряд ли они ждут от него подобной дерзости, вот и пусть помучаются, поломают лишний раз голову.
Мысленно уйдя в себя, Вадим уже вовсю работал с последним из оставшихся накопителей, скрупулезно направляя энергию по нужным руслам, экстренно перекраивая метатело под желаемый образ.
Фокус был не самым сложным и потому получился без особого труда. Сначала вправо «отслоился» один всадник, чуть позже тем же размеренным шагом отъехала влево вторая его копия. Теперь в направлении шеренги дайков двигалось три абсолютно одинаковых верблюда и три вооруженных всадника. Если подобные аттракционы для дайков не в новинку, то, разумеется, никого таким трюком испугать не удастся. Впрочем, пугать Дымов как раз и не стремился. Куда более важно было рассеять их внимание, заставить хоть чуточку растеряться. Одно дело ловить движение одного-единственного соперника, и совсем другое, когда у соперника вдруг обнаруживаются братья близнецы.
Вышло даже лучше, чем он предполагал. Лица поджидавших его воинов настороженно вытянулись, спокойствие немедленно их покинуло. Кажется, тревогу ощутили и рыжие верблюды дайков. Огромные их ноги нервно запереступали туда-сюда, один из «кораблей пустыни» даже взбрыкнул, сделав попытку сбросить своего седока. И разумеется, Дымов тут же постарался усилить этот эффект. Недаром столько сил и внимания он положил в свое время на изучение депрессивных психозов и физической основы флюидов страха. Пугать животное ничуть не сложнее, чем пугать того же человека, но в отличие от последнего животное не вооружено разумом, а значит не способно совладать с растущей паникой.