Хлопнув себя по бедрам, Юэн поднялся с места. Виктор по-прежнему был занят, беседуя с кем-то, и Юэн подумал, что лучшим решением сейчас будет его не отвлекать, а зайти поздороваться позже. Едва он развернулся к двери, как отчетливо расслышал голос Бернарда.
«Если все здесь…» – разворачиваясь, подумал он и шагнул в коридор. Застыв у порога кабинета Виктора Чилтона, он постучал костяшками пальцев об косяк и громко прокашлялся.
Две пары глаз посмотрели в его сторону. Бернард сидел на диване, Виктор за столом. Еще секунду назад они о чем-то беседовали, но теперь замолчали.
– Извините, я вам не помешал? – широко улыбнувшись, спросил Юэн.
– Конечно же, нет, – первым откликнулся Чилтон. Он привстал и протянул руку для приветствия. – Прости, что не выхожу из-за стола, сегодня лишние движения даются мне тяжело.
Юэн пересек кабинет и пожал крепкую и сухую ладонь Виктора.
– Я не такая важная птица, чтобы ко мне было какое-то особое обращение, – небрежно махнув рукой, усмехнулся Юэн и, последовав пригласительному жесту Чилтона, присел на диван рядом с Бернардом.
– Как ты сегодня рано… – покосившись на него, заметил Берн.
– И тебе привет, босс, – улыбнулся Юэн и обратился к Чилтону: – Разве врачи не должны были вас уже вылечить?
– Мы сейчас как раз с Бернардом обсуждали этот вопрос, – ответил Виктор, надевая очки, стекла которых на мгновение поймали яркий блик. – Болезнь – это своего рода замок, висящий на нашем теле. Он буквально запирает какие-либо из наших возможностей. И подобрать ключ, то есть лечение, зная только, как выглядит этот замок, бывает сложно. Иными словами, пока что я только в начале нового курса лечения.
«Это надо где-то записать, про замок и ключи, – подумал Юэн. – Звучит неплохо».
– Надеюсь, врач на этот раз подобрал для вашей болезни более подходящий ключ?
– Время покажет, – таинственно улыбнулся Виктор, постукивая и выравнивая стопку бумаг о поверхность стола.
Они побеседовали еще минут десять, избегая тем болезней и других, аналогичных им. Обыденный человеческий разговор, при котором, однако, Юэн чувствовал себя третьим лишним. Виктор и Бернард общались как отец с сыном. Как ладящие отец с сыном. Как, можно было бы даже сказать, чуть ли не идеальные отец с сыном. Даже формальность, которую соблюдал Бернард по отношению к Чилтону как к старшему, словно бы имела скругленные углы. А Виктор, в свою очередь, тепло разговаривал с Бернардом, хоть и никогда не позволял сократить его имя или фамильярно назвать «сынком».
Виктор Чилтон, конечно, в целом излучал дружелюбность, но та, что была направлена в сторону Бернарда, обладала какими-то иными свойствами. Не беря в расчет тот факт, что Бернард с Виктором внешне не похожи, разве что только ростом и поджарым телосложением, их легко можно было бы посчитать за родственников. Рядом с Бернардом оставались люди, которые могли поддержать его в трудный жизненный период. Это было хорошо и даже немного завидно. У Юэна не сложились отношения ни с отцом, ни с отчимом, и сейчас это уже, наверное, не имело никакого значения, а может, и имело, он не задумывался.
Когда Бернард поднялся с дивана, сообщив, что им надо возвращаться к своим обязанностям, Чилтон нахмурился.
– Бернард, если ты все-таки надумаешь… – сказал он, оставив в конце предложения многозначительную паузу.
– Я вам сообщу, – ответил Берн. – Вы будете первым, кто узнает.
Что-то в этой фразе кольнуло Юэна. Может, и не что-то, а кое-что конкретное: факт того, что Бернард словно бы намеренно выделил важность роли Чилтона. Он ведь прекрасно знал, что Юэн это услышит. Впрочем, мысли не стали зацикливаться на этом, а понеслись дальше: о чем таком Чилтон должен узнать первым?
– Что Виктор имел в виду под этой загадочной фразой? – не выдержал Юэн, когда они начали подниматься по лестнице в студию.
– Под какой? – решив свалять дурачка, невозмутимо спросил Бернард, уткнувшись взглядом в ступеньки. – Ты про замок и ключи?
– Нет, – цокнув языком, резко ответил Юэн. – Это как раз-таки очевидно. Я про последнюю его фразу. Чилтон явно не в самом лучшем состоянии, наверняка он всерьез задумался о поиске преемника. Так что, кто сядет на трон гробовщика? Ты?
– И что заставляет тебя все еще держать эту мысль у себя в голове? – с усталым вздохом, но как-то дерзко парировал Бернард. – Глупость. Чилтон на тот свет не собирается, и я уверен, он еще долго протянет. Но даже если предположить, что он готов отдать кому-то свой бизнес, почему этим кем-то должен стать я? У него есть родственники. Два сына, я вроде уже говорил. Часто подобное передается по наследству.
– Ты ему практически как сын, – твердо заявил Юэн. – Третий сын, чего такого?
Бернард вновь устало вздохнул, словно его дневная норма слов подходила к концу и заряд батарейки близился к нулю.
– С чего ты взял? – спросил он, вяло поворачивая ключ в замке двери студии.
