– Ах, это ты прости, – Эрика вздохнула и опустила голову, устремляя взгляд на узор столешницы. – Я должна была спросить заранее, – она замолкла и будто бы хотела сказать что-то еще, но передумала.
«Удивительно, – думал Бернард, смотря на Эрику, – и почему всех угораздило в один день?»
Можно было бы, конечно, написать Юэну и сказать, что планы поменялись. Ему наверняка все равно, но Бернард пообещал, и, откровенно говоря, он не испытывал сильного желания что-то менять, чтобы сходить с Эрикой в кино. В библиотеке она сидела настолько близко, что теперь Бернарду хотелось скорее отдалиться от нее, чем еще больше сблизиться. Он до сих пор не знал, как к ней относиться: как к знакомой, как к подруге или…
– Бернард, есть еще кое-что, что я должна сказать, прежде чем уеду, – тихо произнесла Эрика, когда они остановились у входа в парк для прощания. Бернард ощутил сильное желание сделать несколько глотков воды. Девушка подождала, пока пройдет пара прохожих. – По поводу Дэвида, – шепотом произнесла она. – Даже не знаю, как сказать…
Бернард нахмурился и невольно напрягся. Из-за тревоги, сквозившей в ее голосе, в голову лезли разные мысли: Дэвид ее бьет или пристает, или делает что-то еще.
– В общем, – Эрика вздохнула, – он мне кажется очень странным, особенно в последнее время. Как-то я возвращалась домой поздно, вернее, мы с друзьями ехали на машине, но не важно, и случайно проезжали мимо библиотеки. Там горел свет. Тускло, будто было включено всего несколько ламп. Несмотря на поздний час, я позвонила Дэвиду и сообщила об этом. Я думала, что кто-то пробрался в библиотеку. Он довольно бодрым тоном сказал, что все в порядке, но ничего не объяснил. Я подумала, что, возможно, по ночам ведутся какие-то ремонтные работы или дезинфекция какая-нибудь. Однако через пару дней я увидела то же самое. А после еще и еще. В конце концов, я несколько дней подряд приходила к библиотеке и наблюдала такую же картину. Зайти не хватало смелости, хоть у меня всегда был при себе ключ. А на мои вопросы Дэвид давал уклончивые ответы либо вообще их игнорировал, – губы Эрики дрогнули, и голос надломился, будто она едва-едва сдержала слезы. – Не знаю, почему, но мне показалось, что ты бы смог узнать, что происходит в библиотеке по ночам. Может быть, это как-то связано с тем, что Дэвид стал таким странным. Когда я только пришла, он многое мне рассказывал, а теперь практически ничего не говорит. Он мне все равно что отец. Хотя нет, глупо, – она потупилась. – Скорее старший брат. Да, я бы сказала, старший брат…
Бернард смутился, не понимая, как реагировать на весь поток информации, которым окатила его Эрика. Сложно было сделать вывод, основываясь на ее словах, в них виделось много субъективного. Она говорила на эмоциях, видимо, Бернард был единственным, с кем она поделилась своими наблюдениями, терзавшими ее уже давно. Что-то в этой ситуации ее сильно тревожило, однако Бернарду просто показалось, что Эрика относилась к Питтсу не только как к своему начальнику. Девушка дрожала как от холода, однако на улице было тепло и ее согревал плотный пиджак голубого цвета. А еще становилось предельно ясно, для чего она вручила Бернарду ключи от библиотеки…
– Эрика, – мягко сказал Бернард. – Ты слишком переживаешь по этому поводу. Мне кажется, твои опасения не обоснованы. Дэвид Питтс – заведующий библиотекой, у него могут быть веские причины находиться в библиотеке самому в такой поздний час или разрешать находиться там кому-то другому. Возможно, там действительно ведутся какие-то работы, которые в иное время совершить невозможно. И он просто не хочет посвящать тебя в эти рабочие моменты. Не хочет загружать, или тебе они просто ни к чему. Я вряд ли смогу чем-то помочь, потому что иначе влезу не в свое дело.
Несколько секунд Эрика косилась в сторону парка с таким лицом, будто ее отчитывали за шалость. Но постепенно смысл слов начинал до нее доходить. Вернее, она постепенно начинала их принимать. Она посмотрела на Бернарда.
– Да, возможно, я немного драматизирую. Может быть, слишком зациклилась на работе. Еще эта постоянная пасмурная погода давит. Надеюсь, отпуск пойдет мне на пользу. Прости за такую пламенную речь, – сказала она и провела рукой по волосам. На этот раз не так плавно, как в библиотеке, когда они разговаривали и смотрели фотографии. – Ключи в любом случае пока что останутся у тебя. Спасибо, Бернард. И за то, что фотографии показал, и за то, что кофе угостил, и за то, что выслушал. Будем на связи, и… не зарабатывайся слишком, – она улыбнулась и подмигнула.
