Мартх широко раскрыв глаза, затаив дыхание, следила за ним. Когда он первый раз протянул своё «Ооооо», волна спокойствия накатила на неё с мизинцев до самой макушки. Эта волна сбила с ног и перенесла на кресло. Наконец она могла выдохнуть и задышать полной грудью. То время, которое она металась по комнате, словно в безумии, рассеялось утренней дымкой.
– И вы, месье де Ша! Вы тоже это видите! – в изнеможении произнесла она. – Как хорошо! Как чудесно! Я не сошла с ума… хотя, возможно, мы оба сошли с ума…– эта догадка заставила её поёжиться в кресле. Она с некой мольбой и недоверием посмотрела на де Ша.
– Как? Как это возможно! Это же уму не постижимо! Вы должны рассказать мне всё, мадмуазель Мартх. Всё, что происходило у вас до того момента, как вы позвонили мне. Понимаете, это весьма важно!
– Весь сегодняшний день?
– Да, прошу.
– Утром я проснулась рано, съёмки начинались в шесть тридцать, а значит мне нужно было выйти в пять тридцать. Я сходила в душ, почти не просыпаясь, смогла одеться. Взяла сумку и вышла из номера.
– И вы ничего не заметили странного, не обычного?
– Конечно нет, месье де Ша! Я бы не заметила и лошадь посреди комнаты, так рано я встала! Потом, весь день я провела на съемочной площадке. Вернулась в номер, около восьми вечера.
– В семь сорок пять, если быть точным, – машинально поправил её портье.
– Да, наверное. Приняла душ, прочитала текст сценария на завтра. Затем, я выпила стакан скотча со льдом, ещё почитала сценарий и легла спать. В девять я уже спала. Мне не нужно рано вставать сегодня, но выспаться хотелось. Около трёх я проснулась от странного стука. Сначала он был тихим. Знаете такой, вроде как не заметный, но из-за того, что повторяется ты начинаешь его замечать. Это как стук часов. Не все его могут выносить. Я накрыла голову подушкой. Но продолжала слышать стук. Беруши, как назло забыла, хотя всегда беру их с собой. Убрала подушку от лица и стала думать откуда может исходить звук. Может где-то стоят часы, которых я раньше не замечала.
Включила лампу. Осмотрелась, но ничего не нашла. Вышла в гостиную. Увидела всё-таки часы на письменном столе. Послушала их, но они шли довольно тихо. На всякий случай убрала их под диванную подушку. Вернулась в спальню. Казалось, что стук прекратился. Только устроилась удобно, как опять его услышала. Теперь поняла что звук шёл от стены. От этой самой стены. Я полежала в темноте, припоминая кто же мои соседи. И вспомнила эту милейшую пару старичков. От мысли, которая меня озарила – поднялись брови. Даже присвистнула в какой-то момент. Им по восемьдесят лет, а какая страсть… Но все знают о преимуществе отеля: идеальная звукоизоляция! Никто не слышал своих соседа… Поэтому, если изголовье кровати билось о стену, то какой же сильный удар… Следовательно на страсть это совсем не похоже!
Я встала, зажгла свет, смотрела какое-то время на стену. Потом подошла к ней и приложила ухо. Стала ходить из стороны в сторону, пытаясь понять, где стук самый сильный. Нашла, приложила ладонь. Знаете, мне показалось, что под моей рукой стена пульсировала. А потом осыпалась штукатурка и появилась дырка! Мне стало так страшно, что спрятался за кровать. Ждала, что кто-то или что-то может вылезти из стены. Стук прекратился. Я подняла голову, ожидая увидеть, что-то страшное, но ничего не было, только дырка из которой лился мягкий свет. Мне было так страшно, но любопытство… Дурацкая черта…Глубоко вздохнула и подошла к стене. Мысленно, я уже попрощалась с мамой, знаете ли… Сердце так колотилось… Я посмотрела в эту дырочку и увидела, надеюсь то же, что и вы…
Они оба помолчали.
– Вы правильно сделали, что согласились принять меня, мадмуазель! Я всё видел своими глазами и могу выступать свидетелем. А теперь, с вашего позволения, схожу за месье Кушоном, приведу его сюда и мы вместе решим, как поступить.
– Нет! Молю, не оставляйте меня! А что если стена треснет или вовсе обвалится?
– Что Вы, мадмуазель Мартх, я быстро! А Вам не стоит выходить в холодный коридор, вы можете простудиться. Боюсь, что телефонный звонок вряд ли разбудит месье Кушона. А нам нужен он в столь деликатном деле! Поверьте, я быстро! Позвольте, провожу Вас в гостиную. Вот так! А теперь накрою Вас пледом и налью скотч… Вот, прошу. Поверьте, мадмуазель, вернусь быстро.
Перед уходом месье де Ша крепко закрыл дверь в спальню, посмотрел на Мартх, глубоко вздохнув, поспешил к месье Кушону. Впервые за пятнадцать лет своей службы он позволил воспользоваться гостевым лифтом, так как это было и ближе, и быстрее.
Месье де Ша был прав: менеджер Кушон просыпался не охотно. Настойчивый стук не возымел никакого действия. Пришлось прибегнуть к универсальному ключу и войти в комнату своего начальника (два нарушения правил за каких-то десять минут). Но момент был настолько волнительными из ряда вон выходящим, что де Ша не задумался об этом ни на минуту. Более того, чтобы разбудить Кушона де Ша начал трясти его (неслыханная наглость)!
