Марена бросила умоляющий взгляд в сторону герцогини, но та словно не поняла, что в таком состоянии Феолу никак нельзя было брать на встречу с королем Тарбада, да вообще никуда нельзя было брать. Столько усилий Марена приложила для налаживания отношений Стордора и Дарнии, общее горе и взаимопомощь сблизили страны, и тот факт, что ее наставница была известной дарнийской героиней тоже сыграл свою роль.
Показывать ее в таком виде? Ни за что!
— Госпожа Марена, я займусь, — прозвучал голос Нимрода, верного и незаметного Нимрода. — Астарха Шип присмотрит за вами, он справится не хуже меня.
Астарха Шип только кивнул коротко и снова замер.
— Госпожа Феола, позвольте проводить вас в ваши покои, вас там уже ждут.
— Кто там меня ждет? — Три Глаза повернула голову к Нимроду. — О, какое знакомое лицо! Ты, наверное, брат Газины, да? Она уже ждет меня, и мы будем соревноваться в предвидении будущего?
— Разумеется, госпожа Феола, — Нимрод бережно повел Феолу прочь, обратно в ее покои.
— Да не оставит вас милостями Справедливейшая, — прошептала Марена вослед телохранителю и наставнице, сотворяя знак Эммиды.
Сдержала предательскую слезу и сказала, с печальным вздохом:
— Отправляемся, король Тарбада, наверное, уже ждет нас.
— Ваше Величество, — склонила голову Марена.
— Ваше Величество, — кивнул в ответ Кварон Второй. — Я рад, что мы наконец-то встретились вживую.
Марена ощущала в нем любопытство, владыке Тарбада было интересно посмотреть на «Справедливую Королеву» и почти что внучку Бранда. Стоявший за его спиной герой Кувалда не испытывал таких острых эмоций, взирал равнодушно, изрядно напоминая деда Бранда. Астарха Шип за спиной самой Марены и то переживал больше. Короля Тарбада сопровождал гном-помощник, как и при Марене находился один из людей Таранда Норма, главы Тайной Канцелярии.
— Раз формальности соблюдены, то можно без церемоний, — тут же предложил Кварон.
— Вы намного старше меня, — ответила Марена, — и мне будет неловко называть вас по имени.
Кварон окинул ее взглядом, словно решал, уравновешивает ли беременность Марены и ее титул «Справедливой Королевы» их разницу в возрасте. По правде говоря, он Марене в дедушки годился и ей вдруг представилось, как молодой Кварон «подкручивает бороду» перед бабушкой Платой.
Моростон, хрустевший камнями снаружи, замер на мгновение, уловив желание Марены рассмеяться и снова захрустел, передавая в ответ, что счастлив и радуется вместе с хозяйкой. Встреча проходила в одном из приграничных отрогов Бирюзового Хребта и подданные Кварона натащили ему вкусных камней с различными рудами.
— А вы, Марена, младше возраста совершеннолетия у гномов, — вдруг сказал Кварон, оглаживая бороду. — Но я не испытываю неловкости и знаете почему?
— Потому что я лишь наполовину гномка? Или потому, что клан Барганент теперь живет и в Стордоре, и в Тарбаде? — озадачилась Марена.
— Нет, потому что к правителям все это неприменимо. Если человек, гном, эльф, неважно кто, стал правителем и выражает волю множества живых, то его прошлые профессии и возраст не имеют значения. Он правитель и все тут. В вашем же случае, Марена, все это еще усиливается паладинством и тем, что вы действительно радеете за подданных.
Марена чуть озадаченно вскинула брови. Она ощущала, что Кварон говорит серьезно и действительно считает ее ровней, если не живой, стоящей выше. Выше… в профессии правителя и умениях заслужить любовь и веру жителей своего королевства?
— Хорошо, — кивнула она, — раз вы искренне так считаете, то пусть так и будет.
Марена ощутила странную смесь эмоций и чувств, исходящую от Кварона. Он искренне любил свою жену, но в то же время словно бы… побаивался ее и не хотел общаться? Ожидал ревности и ссоры из-за встречи с Мареной? Неужели и у них с Гатаром будет также, мысленно опечалилась Марена, припомнив, как часто они стали ссориться, несмотря на всю любовь и страсть.
— Марена, вы просили меня о личной встрече, но правда в том, что у меня тоже был повод искать этой встречи, поэтому я согласился, — сказал Кварон, оглаживая бороду. — Прежде чем мы перейдем к этим вопросам, предлагаю принять решения по общим вопросам, касающимся наших стран.
— Хорошо, — кивнула Марена и откинулась на подушки.
— Первое — ситуация на границе между Тарбадом и Стордором.
Человек Норма тут же подсунул лист, Марена не стала в него смотреть и так все помнила.
— Преступления недопустимы, но мы не можем требовать от живых строго соблюдения правил в нынешних условиях, — заговорила Марена, ощущая, как в горле собирается неприятный ком. — Бедственное положение после прорывов, потери запасов, потери подземелий, хорошо хоть зима оказалась теплее обычного. Мы и вы приложили все усилия, чтобы не допустить голода, замерзаний, эпидемий, но этого все равно оказалось недостаточно. Мы не можем карать со всей строгостью тех, кто пошел на преступление ради того, чтобы не умереть от голода. В то же время тех, кто предавался разбоям и грабежам, пользуясь бедственным положением, следует, наоборот карать вдвойне строго.
