Да и слова о примере как-то неприятно царапали изнутри. Брать с него пример? С него, который, если отбросить всю шелуху и сияние славы, убивал и живых, и героев, хотя вроде как защищал одних, а других считал семьей. Который еще и к тому же плевал по большей части на чувства этих самых живых вообще, и всех женщин, что любили его и пытались добиться семьи и детей, в частности. Который подвел всех в этой истории с хозяином подземелий, а теперь еще и затеял опаснейший план, способный убить еще больше живых. Непременно под мысли, что он хочет спасти всех, хотя никакой уверенности в том не было и более того, история с книгой Ордалии была лишь одной из частей грандиозной ловушки.
Нет, подумал Бранд, живым лучше брать пример с кого-то другого.
— Если бы они брали с меня пример, то точно засрали бы все тут и изгадили, — ухмыльнулся он.
Акула посмотрел зло, а Бранд подумал, что им все равно не хватает слаженности. Сейчас бы вот на этом запале подраться, присмотреться, отточить движения и прочее, подружиться, научиться чему-то новому, но увы.
— В чем-то ты не изменился, Бранд, — покачала головой Маэлла. — Все такой же ворчун и слишком молчун.
Но сказано это было не по-королевски нежно, с очень знакомыми Бранду интонациями. Мол, мы любим тебя, старый ты ворчун или что-то в этом духе.
— Нам нужен план действий, — заявил Омокла.
— Нужен, — согласился Бранд.
Будь у них сработанная команда из пяти героев, да на полсотни уровней выше у каждого, можно было бы обойтись и без плана. Выплыли бы, да смололи в труху всех, кто попробовал бы сопротивляться. Хотя нет, неясно сколько тут героев-глубинников, поправил он себя. Обычных живых бы отбросили, да, но с обычными живыми справились бы и те герои, которых они приплыли спасать.
— Молнии и Кулаку надо выплыть и отвлечь на себя тех, кто возле скалы, — продолжил Акула. — Пока они будут драться, я вытащу остальных, и мы вместе ударим с тыла.
План был изрядно смертелен, но в то же время хорош своей простотой. Всегда что-то шло не так, чем проще план, тем лучше, но в то же время. Слуги Проклятого пригнали сюда толпу, чтобы вытащить героев на просторы. Что случится, если Акула освободит их и вытащит на просторы? Явится ли Проклятый? Вообще неясно.
Скольких придется убить Бранду и Лане, и сумеют ли они противостоять, если явится настоящий герой глубинников? Выше уровнями, лучше опытом и скоростью, умеющий сражаться? Да и обычным живым опять предстояло отдуваться за чужие дела.
В этом вопросе жизнь под водой ничем не отличалась от жизни на суше. Обычный живой, как правило, ничего не мог поделать с Проклятым, который взял и захватил власть и уселся где-то там наверху. Внешне для обычного живого вроде бы ничего и не поменялось, кроме власти, более того, он вроде как бы даже спасал себе жизнь, раз уж Проклятые, при всей их кровожадности, не убивали немедленно тех, кто им подчинился. Но на деле выходило примерно так же, как сейчас: обычному живому вручали оружие и отправляли куда-то, где его убивали вояки или герои мимоходом. Или собирали в толпу и приходилось участвовать в сражении, а потом все равно живые погибали, например безуспешно пытаясь достать героев во время их отвлекающего маневра.
Как правило, после гибели Проклятого чары подчинения слетали, нежить рассыпалась в прах и так далее, и обычные живые освобождались от чужой власти. Не каждый раз, но в большинстве случаев.
— Или Кулак уже передумал спасать тех, за кем явился? — в голосе Акулы слышалось ехидство.
Смешно и нелепо подумал Бранд, не реагируя на выпад. Бросил план, бросил дела, теряю время, когда каждая секунда приближает необратимое падение уровней и атрибутов (Адаптивное Сопротивление могло замедлить его на некоторое время, но и только), чтобы спасти десяток героев, часть которых считаю друзьями и приятелями.
Спасти столько же, сколько он сам и убил за последний год.
Что это, старость? Эмоции? Деградация подточила изнутри? Запоздалая попытка искупить свою вину за убийство команды? После гибели другой команды и прямого убийства пяти героев, включая женщину, которую Бранд некогда искренне любил? После такого все равно бросил план по спасению всех живых и полез в воду, дабы спасти героев, уверяя себя, что они семья.
Что это было, безумие или лицемерие, или что-то еще?
Нет, понятно было, что Бранд собирался устроить бурю, какой еще не бывало и замер перед ней на мгновение. Но говорить, что Бранд пошел за героями вниз лишь из трусости перед большим, небывалым делом? Но в то же время, думал Бранд, медленно составляя кусочки осознания и осмысления самого себя, дело было не только в героях.
Спасти их, да, но и провести подготовку к плану. Мана Бездны, прорыв Бездны, да, вот оно.
— По-моему в легендах сверху Алмазный Кулак был храбрее, сообразительнее и быстрее, — насмешливо заявил Акула, похоже уже явно нарываясь на драку.
Размяться поединком, сбросить напряжение, ибо Омокла тоже нервничал. Уж он-то точно понимал, насколько малы шансы на выполнение его плана, при всей простоте.
— Акула! — прикрикнула Маэлла сердито. — Прекрати оскорблять нашего гостя!
