– А как ты считаешь, – продолжал Кендрик, – с чем ещё я ничего не могу поделать, то есть абсолютно ничего? – Он взглянул Сиенне прямо в глаза.
Она выдержала его взгляд, а потом преувеличенно громко выдохнула.
– С тем, что Коул ходил за мной, чтобы подобраться к тебе, – сказала она с едва заметной ноткой упрямства в голосе.
– Бинго! Сто очков!
– Кажется, в бинго очки не начисляют.
Кендрик пожал плечами.
– Какая разница. Ты их получила. И картинку с лампочкой в придачу, потому что наконец-то увидела свет. Хоть и далеко не сразу.
Сиенна уже приготовилась дать отпор.
– Притормози, Кендрик Найт, не беси меня.
Судя по сверкающим янтарным искоркам в глазах, она не шутила. Янтарные огоньки завертелись в безумном танце. Они словно радовались, что их хозяйка наконец-то снова разговаривает с мальчиком, который ей нравится.
Или хотя бы с одним из них.
– Вообще-то, ты сам во всем виноват, – сказала Сиенна, кивком предложив спускаться по лестнице вместе.
– Почему это?
– Ну, потому что ты – это ты.
– Не понимаю. Но если мисс Чедберн права, я могу быть кем угодно. Кем же? Хочешь, я стану мистером Фикачу?
Кендрик громко топнул по следующей ступеньке и неосторожно покачнулся. Потом порылся в кармане брюк и достал невидимый носовой платок. Зажав нос большими пальцами, Кендрик издал трубный рёв, которому позавидовал бы любой слон.
– Разница между клеточным дыханием и фотосинтезом, как я уже упоминал десять тысяч раз, потому что не могу придумать ничего другого, заключается в том, что при фотосинтезе солнечный свет превращает углекислый газ и воду в глюкозу, тогда как при клеточном дыхании…
Сиенна шаловливо шлёпнула его по руке.
– Перестань, пожалуйста! Я не просто так бросила биологию после первого года в этой школе.
Как и Кендрик! Однако зимой он подумывал о том, чтобы вернуться к биологии, записаться на курс мистера Фикачу, чтобы скрыться от Коула Финнегана. Однако в конце концов передумал. От проблемы не убежишь. За последнее время он хорошо это выучил.
– А ещё я могу стать мисс Пигглз, – прошептал он. – Ах, как я счастлива. Какие прекрасные ступеньки! И разве не чудесно увенчана эта башня? А вы когда-нибудь видели такое великолепное окно? Меня просто распирает от счастья при виде этого окна! И, кстати, тинь-ти-линь!
– Вот теперь тебя и правда занесло не туда, – со смехом сказала Сиенна, качая головой.
Давно Кендрик не слышал таких прекрасных звуков. Он остановился и серьёзно взглянул на Сиенну.
– Я очень рад, что мы помирились. Я скучал.
«Я скучал по тебе» можно было не говорить. Сиенна всё поняла. Она его понимает. Пусть не сразу. Но они снова вместе. Сейчас стена, которую Сиенна возвела между ними, полностью разрушилась.
Оставалось только надеяться, что с Айви всё будет так же.
– Дай-ка угадаю, о ком ты думаешь, – сказала Сиенна.
Сиенна читала его мысли как открытую книгу – и это тоже надо было принять. Отрицать бессмысленно. Он вздохнул.
– Айви уже несколько дней не в себе.
Сиенна снова пожала плечами.
– Я бы на её месте тоже была не в себе.
Сиенна знала обо всём – и ничего удивительного. Ведь в тот вечер, когда Айви вдруг улетела с мельницы, там были все Чёрные, кроме Сиенны.
– Сначала неприятности с Милли, потом разговор с мисс Уинтерботтом и Бокверть.
Кендрик не стал отчитывать её за прозвище, которым она наградила одну из главных ав. Как это он позабыл о том разговоре, который Айви упомянула на Пике!
– Ты что-то об этом знаешь? – взволнованно спросил он.
Сиенна снова пожала плечами.
– Несколько идиотов прицепились к Милли и её друзьям. Вот сестрёнка Айви и показала им, что не на тех напали. И поступила совершенно правильно. Теперь сама больше всех удивляется, что это на неё нашло. Айви говорит, что Милли сидит дома и ведёт себя тише крошки колибри, спрятавшей голову под крыло.
Что ж, Милли сожалеет о своём поступке – это хорошо. Но узнать Кендрик хотел не об этом. Он ожидал, что Сиенна сама заговорит о встрече Айви с главой ав и мисс Уинтерботтом. Но она молчала. Вздохнув, Кендрик остановился на последней ступеньке.
– Но Айви думает не только об этом.
Сиенна кивнула.
– Всё свободное время она проводит за «Хрониками». Наверное, решила разобраться в истории ав сама.
– Ей разрешили? – простонал Кендрик.
Эти слова вырвались у него слишком громко. Он посмотрел в коридор у выхода из башни, который вёл в крыло Чёрных. Никого. По лестнице следом за ними тоже никто не спускался.
– А ты разве не знал? – удивилась Сиенна. Похоже, проболтавшись, она не ощутила никакой неловкости. Ведь она была Чёрной, которые радовались любым дрязгам в гнезде Белых. – Мисс Боксворт поручила мисс Уинтерботтом предоставить Хранительнице доступ к большинству записей. Айви сказала, что есть и такие, читать которые разрешено только старейшинам. Даже там есть свои правила. По-моему, всё это очень туманно и загадочно.
«Айви сказала». А ещё прежде Сиенна обронила: «Айви думает». Значит, они общаются.
