– Снуб, – ответила Скай. – Он нарезал круги вокруг Чёрного крыла. Я уже собиралась уходить, как он меня заметил и пристал с вопросами. Как меня зовут, какие предметы я изучаю в этом семестре, какого мнения об учителях и, самое главное, что думаю о твоём отце на посту директора школы. Мне всё время казалось, что я отвечаю неправильно. Страшный он какой-то, вам не кажется?
Странный – пожалуй. Но почему сразу страшный?
После дня открытых дверей на прошлой неделе Кендрик лишь несколько раз видел инспектора издалека. Снуб бродил по школе и болтал с учениками. И больше ничего.
А потому рассказывать мисс Боксворт пока было нечего. Да и она не задавала никаких вопросов. Похоже, была занята другими делами. В последнее время мисс Боксворт относилась к преподаванию изобразительного искусства с куда меньшим рвением, чем к выполнению обязанностей одной из высших Белых ав. По крайней мере, так можно было истолковать тот факт, что она без предупреждения отменила несколько уроков.
Однако Кендрика куда больше интересовало, как дела у Милли, чем кого и о чём расспрашивал инспектор. И то, как дела у Айви. Ведь она уже наверняка узнала, что на самом деле случилось возле бара «У Нелли».
И ещё Кендрику нужно было поговорить с ней о Пике. Он повернулся к Айви. Она его заметила, голубые глаза заблестели, словно бурлящий на камнях ручей, потом кивнула, чуть ли не равнодушно, и отвернулась к девочкам. Или снова устремила взгляд куда-то в пространство, мимо Скарлетт?
– Неужели инспектор до сих пор считает, что мистер Каннингем объявится? – спросила сверху Келли. – Он наверняка понял, что Снуб его ищет. Только глупец стал бы так рисковать на его месте. Айви, а ты как думаешь?
Айви только прикусила нижнюю губу. Интересно, она вообще заметила, что все на неё смотрят? Кендрик осторожно подтолкнул её локтем.
– Что?
– Как ты считаешь, мистер Каннингем вернётся в Маунт-Авельстон? – повторил он слова Келли, хотя на языке у него вертелись совсем другие вопросы.
– С чего бы это? – Айви пожала плечами.
– Ну, из-за сообщника. – Кендрик сам ей об этом рассказывал! На уроках она запоминала самые запутанные грамматические правила, а теперь вдруг забыла, о чём они говорили? Похоже, история с Милли её серьёзно расстроила.
Кендрик незаметно поглядывал на Айви, вполуха прислушиваясь к разговору. Обычно она замечала его взгляд почти сразу, спустя какие-нибудь несколько секунд. Между ними словно возникала особая связь.
На этот раз ничего не вышло.
Что ж, остаётся старый добрый способ! Кендрик придвинулся ближе. Уловив нежный апельсиновый аромат Айви, он на мгновение закрыл глаза.
– У тебя все нормально? – шёпотом спросил он, хотя и слепому было ясно, что это не так. – Вчера, наверное, ты здорово перенервничала.
– Да, – односложно ответила Айви. – Всё нормально.
Чепуха! Она о чём-то усиленно размышляла, Кендрика не проведёшь!
– Ты можешь рассказать мне всё что угодно, ты же знаешь.
Айви повернулась к нему. Кивнула. И снова отвернулась. Кендрик вздохнул.
– То есть я прошу тебя рассказать, как у тебя дела. В конце концов, твоя сестра действительно учудила… – «И снова привлекла внимание своих родителей», – подумал Кендрик.
Айви недавно назначили Хранительницей, чем её мать очень гордилась, но Милли не могла об этом узнать. Больше никто в семье не знал об авах.
Неужели что-то изменилось? Милли почувствовала, что отстаёт от младшей сестры? Кендрик был единственным ребёнком, но ни для кого не секрет, что между братьями и сёстрами всегда идёт негласное соперничество.
Айви всё так же смотрела в пространство и кусала нижнюю губу. Вроде бы и здесь, с ними, но мыслями – очень далеко. Так иногда говорил отец.
– Твои родители поговорили с хозяином «У Нелли»? – снова попытался добиться ответа Кендрик. – Может, кто-то видел ту драку? Если они подтвердят, что Милли отвечала на нападки…
– …даже тогда это не оправдание тому, чтобы разбить окно, – сказала Хлоя, подняв руки, будто извиняясь. – Прошу прощения, но иначе никак.
– То есть ты так это видишь? – спросила Келли, так сильно наклонившись вперёд в подвешенном кресле, что чуть не вывалилась. – И больше ни о чём не можешь подумать? Как насчёт сочувствия?
– Посочувствуем окну?
Глаза Келли чуть не выскочили из орбит. Она явно с трудом удержалась от резкого ответа. Казалось, что ещё секунда, и Келли набросится на Хлою. Или швырнёт бутылку, если Чёрная не прекратит её дразнить? Неужели Белая так разъярилась?
Кендрик поднял руки.
– Девочки, ну зачем так? Пусть Айви сама нам всё расскажет. Ведь её это касается в первую очередь…
– Послушай, ты что, вообще ничего не понимаешь? – вдруг рявкнула Айви.
У Кендрика вспыхнули щёки. Словно защищаясь, он повернулся к Айви и протянул к ней руки.
– Но я просто хотел узнать…
– А я просто хотела спокойно подумать. Но тебе же молча не сидится.
Она вскочила. Не успел Кендрик опомниться, как Айви изменила облик и подлетела к окну уже ястребом. Не прошло и трёх секунд, как она исчезла.
Явно разозлилась. Но на что? Кендрик так и не понял.
Он не хотел ничего плохого.
