— Наверное, потому, что вы не провели последние два десятилетия, собирая самый полный список шифровальных методов, — ответил Лазло с легчайшим намеком на улыбку.
— Итак, о чем же говорится в документе? — почти хором спросили его посетители.
— Как только я перевел всю латынь на испанский, выяснилось, что речь там идет об изустных преданиях, которые автор выудил у высокопоставленного ацтекского пленного — человека из благородных. Возможно, одного из самых уважаемых. Как бы то ни было, этот человек рассказал автору о предположительно громадном сокровище, которое следовало искать в священной земле. Драгоценные камни, редкие идолы и нечто, врученное его предкам одним из богов.
— Богом?
— Так здесь сказано. В вольном переводе я бы назвал этот предмет «Глазом Бога».
Реми откинулась на спинку стула:
— Нет. Это «Око Небес», хотя у тольтеков не было такой веры в небеса, которая совпадала бы с нашими представлениями. Впрочем, о них слишком мало известно, чтобы утверждать это наверняка. Но, насколько я понимаю, пытаясь найти общий язык с чужеземцами, обсуждая их представления о жизни после смерти, христиане прибегали к наиболее близким им словам.
— Бог, небеса — для моего слуха это практически одно и то же, — пожал плечами Кемп.
— Это дает указание, в каком направлении следует искать «Око Небес»? — спросил Сэм.
— Косвенным путем — да, — кивнул британец. — Осмелюсь предположить, что «Око» находится в одной из погребальных камер, где покоится одна из высочайших особ с непроизносимым именем.
— Кетцалькоатль, — пробормотала миссис Фарго.
— Что-то в этом роде, — подтвердил ученый.
— И там говорится, где находится захоронение? — Женщина вся превратилась в слух.
— Рядом с посвященным богу священным местом, разумеется.
— Так прямо и сказано?
— Ну, об этом говорится мало. В основном вперемежку с бреднями насчет крылатых змей и всякого такого прочего. Не имею ни малейшего понятия, сможете ли вы что-нибудь из этого извлечь, но я сделал копию приблизительного перевода и сохранил ее на флешке, которую вы мне дали. Все это в вашем полном распоряжении и, надеюсь, укажет вам верный путь. Хотя, конечно, вы просто отдадите сокровище местным, вместо того, чтобы прикарманить его, как сделал бы любой здравомыслящий парень.
— Верно. Дело тут не в деньгах. Какой бы процент ни предложило нам Мехико — допуская, что мы вообще что-нибудь найдем, — мы отдадим деньги благотворительным учреждениям, — сказала Реми.
— Полагаю, вы не распространите свою филантропию на опальных опозоренных бывших ученых, а?
Сэм улыбнулся:
— Почему бы не поговорить об этом, когда придет время?
— Ты можешь объяснить нам перевод строчка за строчкой? — попросила миссис Фарго.
Кемп кивнул.
Тридцать минут спустя они сидели, откинувшись на спинки стульев: Сэм — с недоуменно-испуганным выражением лица, Реми — с нейтральным, а Лазло неприкрыто сиял, радуясь своим достижениям.
— Тут не говорится, где гробница, так ведь? — уточнил Фарго.
Англичанин улыбнулся:
— Ты имеешь в виду нечто вроде: «Пройдите пятьдесят шагов от старого дуба на северо-запад, а когда увидите расколотую скалу — копайте там»? Да, такого здесь нет.
— Храмов, посвященных Кетцалькоатлю, не может быть очень много, — вслух подумала Реми.
Сэм покачал головой:
— Вообще-то их достаточно. Тольтеки, ацтеки, майя… Все они поклонялись ему. Поэтому в зависимости от того, когда была сооружена могила, тело могли поместить в уже существующем святилище либо же построить новое специально для похорон. В манускрипте не уточняется время?
— Нет. Тут просто говорится «покои под пирамидой», — сказал Лазло, показав на соответствующее место в переводе.
Фарго снова покачал головой:
— Есть десятки… Сотни таких пирамид. И это если предположить, что нужная нам гробница не относится к пока не открытым. Похоже, на Юкатане каждый год находят все новые руины, оставшиеся после майя.
— А еще она может относиться к уничтоженным гробницам. Таким, как Чолула[26], — добавила его жена.
— Не то чтобы я хотел вас обескуражить, — сказал Кемп, — но возможна также путаница в переводе с оригинального языка на испанский. Вполне возможно, там имеется в виду не храм, посвященный Кетцалькоатлю, а священное место, в котором ему поклонялись, как и в ряде других мест.
— Итак, что нам остается? — спросила Реми.
— Поиски комнаты под одной из сотен пирамид, — сказал Лазло. — По крайней мере, ясно, что она находится именно под пирамидой, а не в толще стены.
— Если допустить, что описание точное. А ацтекский жрец, похоже, тоже не был уверен в точном местонахождении, — заметил Фарго.
Британский исследователь кивнул:
— Верно. В манускрипте довольно ясно говорится, что он основан на слухах. В общем-то, как и большинство таких документов.
Сэм застонал и встал:
— Никто не говорил, что это будет легко, верно? Лазло, ты — выдающийся человек. Серьезно.
— Здорово сказано, старина. Если бы в этом святилище был дозволен джин-тоник, можно было бы поднять тост… Но, полагаю, медсестра такого не допустит.
— Это и к лучшему, Лазло, — мягко сказал Фарго.
