Но несмотря на закрытый образ жизни, они были ещё теми любителями поболтать, причём во всех разговорах выдавали достаточно странные фразы, которые порой отпугивали окружающих и мешали заводить новые знакомства. Например, увидев старого автомеханика Джо со сломанной рукой, Эш вместо того, чтобы спросить, что произошло и пожелать скорейшего выздоровления, смеясь, заявил, ломать руку не так больно в сравнении с тем, когда поочередно ломают пальцы, а затем спокойно пошел своей дорогой. Синди тоже не отступала от мужа в и без того редких разговорах с соседями, не скрывала своих чувств, «тонко намекая» людям на их недостатки. «Ты всё–таки подстриглась, Лорен? А–то я думала, что ты вечно будешь ходить со своим гнездом! Но тебе очень идет, дорогая. Во всяком случае я больше не думаю, что в твоих волосах кто–то завелся». Жители Ханнека никак не могли понять, как столь «невоспитанные и ненормальные» люди смогли воспитать такого нормального ребенка как Лета. Наверное, все ожидали, что девочка станет маленькой копией Авэров, да и в добавок начнет задирать или даже бить сверстников, но этого не происходило. На удивление чересчур искренняя парочка заботилась о дочери, как о самом большой и дорогом сокровище в их жизни. Лета были их маленькой принцессой и практически никогда не слышала ни единого упрека в свой адрес. Слушая рассказы подружек об их семейных проблемах, девочка знать не знала, что такое бывает. Конечно, её проступки редко поощрялись, но и никогда не наказывались. Обычно всё заканчивалось простым разговором, и будучи семнадцатилетней девушкой, Лета с улыбкой вспоминала, как однажды спросила, почему её никогда не ставят в угол, на что Синди сказала: «Ты досталась нам слишком дорогой ценой, чтобы поступать подобным образом». Пусть истинное понимание этой фразы и пришло только через много лет, Лета всегда была благодарна родителям за то, что они никогда не пытались взрастить в ней те комплекты, которые появлялись у их соседей из–за редких, но очень ёмких колких фразочек. И если Эш и Синди могли позволить себе практически не общаться с соседями, Лета была вынуждена ходить в школу, где быстро осознала, что излишняя прямолинейность далеко не всегда приводит в чему–то хорошему. Так она поняла, что порой свое мнение лучше никому не озвучивать, если не хочешь быть запертой в кладовке. Наверное, Авэр повезло, что на пути попались правильные подруги, благодаря которым она научилась (или была близка к тому, чтобы научиться) правильно взаимодействовать с окружающими. Ну, или почти правильно.
«Нужно рассказать всё!» – крутилось в голове.
Даже если на Лету посмотрят, как на идиотку, совесть будет чиста. Родители помогут, скажут, что делать. Сама она точно не справится.
Единственная машина, которая стояла около дома, принадлежала Авэрам. Значит, кроме них скорее всего больше не было.
Девушка не переставала оглядывать. Ей вечно казалось, что кто–то вот–вот схватит её за руку, что неизвестное существо выпрыгнет из темноты и утащит за собой.
Она двигалась быстро. Тяжело дыша, постаралась заглянуть в окна, но они, как и всегда, были зашторены. Медленно подошла к двери, прислушиваясь.
Сглотнула.
Девушка сама не заметила, как в прижатой к груди руке вновь оказалась зажигалка. Лета замерла, услышав приближающиеся шаги. В конце коридора показалась Синди.
Было сложно сказать, какие эмоции читались на лице женщины. Точнее, какие не читались, потому что была видна и злость, и радость, и тревога, и страх… Эш мало, чем отличался от жены, но быстро взял себя в руки, странно огляделся по сторонам, будто в стенах узкого коридора затесался кто–то ещё, а затем схватил дочь за руку, причем довольно грубо, чего прежде не делал никогда.
– Что это ещё за?.. – он выхватил зажигалку. Затем замер. – Лета?!
– Не дави на неё! Ты цела? – попросила Синди. – Почему не отвечала? Мы тут с ума сходим!
– Я в порядке. В порядке… Я не сделала ничего плохого. Точнее, сделала. Ох, черт! Я всё объясню! Никто не приходил? Я знаю, что он должен был…
Лета поспешно направилась в гостиную и замерла в дверном проеме. Тот мужчина, которого она видела около школы, совершенно спокойно сидел в кресле, забросив ногу на ногу. При виде девушки в его взгляде промелькнуло нечто довольное, заинтересованное.
Авэр не смогла выдавить из себя ни слова даже тогда, когда незнакомец поздоровался. Она лишь отступила назад, чуть ли не прячась за спиной родителей, но стоило мужчине подняться с кресла, Лета вновь достала из кармана единственное оружие, стала размахивать включенной зажигалкой, чуть ли не обжигая себе пальцы.
– Ещё один шаг и!..
– Лета! – произнести родители в один голос. Синди попыталась схватить дочь на рукав, но то одернула руку и подошла к незнакомцу ещё ближе. – Ты что творишь? Успокойся!
– Наверное, мисс Авэр просто переволновалась, не так ли? – мужчина подошел к огню непозволительно близко, и его рубашка в любой момент могла вспыхнуть. – Конечно, такой страшный пожар. Она ведь не хочет, чтобы это повторилось?
