Дранг с сожалением признал, что неправильно оценил своего коллегу. Инвистикон был прав! Щиты были созданы для тех, кто не умел обращаться с клинком! Свет вспыхивал на абордажных саблях, когда удар встречался блоком, встречный удар парировался, финт отражался контрфинтом в вихре танцующих движений двух мастеров фехтования. Дранг почувствовал, что отступает, клинок не раз проносился буквально в миллиметре от его лица. Если он не сможет вывернуться, то вскоре окажется спиной к стене, что поставит его в крайне невыгодное положение.
Вдруг, не более чем на долю секунды, он нашел брешь. Его ноющие мускулы заставили тяжелую абордажную саблю сверкнуть, как язык змеи, прежде чем быть отклонённой встречным ударом стали. На правой щеке имперского военачальника Инвистикона появилась малиновая полоса, совпадающая с бороздчатым шрамом слева от него. Инвистикон стоял неподвижно, его клинок все еще удерживал клинок Дранга после того, как он отвёл его в сторону.
Затем он выпрямился и поднял саблю вертикально перед собой. — Первая кровь твоя, брат-командир.
Криво усмехнувшись, он отбросил саблю, с лязгом упавшую на пол рядом с его щитом.
— Решено.
Дранг тоже отбросил свое оружие.
— Вы оказали мне честь, командующий.
— И похоже, твоя судьба — всегда украшать мое лицо.
Что бы ни ощущал Инвистикон по поводу своего поражения, его голос не изменился, если не считать легкой досады. По его щеке текла кровь. Он стёр её платком из какого-то редкого шелка, затем достал из кармана френча кровоостанавливающий карандаш, и провел им по новому разрезу. Кровотечение сразу прекратилось. Было удивительно, насколько новая рана была симметрична более ранней. Позже, когда Инвистикон осмотрит себя, он, вероятно, может подумать, что командующий флотом сегментума Обскурус добился такого эффекта намеренно, что было бы переоценкой нынешних умений владения мечом Дранга. Будет ли он благоговеть перед таким умением или возмущаться, полагая, что Дранг играет с ним?
Любая эмоция могла иметь последствия, когда придёт время составлять планы битвы.
— Что ж, есть работа для моего пластического хирургеона, — продолжил Инвистикон. — У меня есть несколько новых драгоценных камней, довольно необычных. Санглеты. Разновидность кровавого камня. Они выглядят в точности как капли только что пролитой крови. Я попрошу вшить их в шрам. Или вы думаете, что другой цвет драгоценностей лучше подчеркнёт вашу работу? Может, сапфирово-синий?
Дранг воздержался от выражения своего пренебрежения косметическими изысками — это дало бы Инвистикону возможность подшутить над его моноклем.
Они вышли из тренировочного зала. В вестибюле командующих ждала объединенная делегация штабных экспертов. Два старших офицера, один со знаком Имперского Флота Пацификус, другой со знаком Обскурус, глядевшие в планшеты, вышли вперед, оставив позади себя небольшую группу офицеров.
— Мы согласны, милорды, — серьезно сказал офицер Инвистикона, кланяясь каждому по очереди. — После долгих споров мы пришли к одним и тем же прогнозам. Наши регионы в опасности.
— Командующий Дранг вряд ли прибыл бы сюда, если бы было по-другому, — сухо ответил Инвистикон. — Теперь осталось объединить наши оперативные силы.
— Наши аналитические группы пришли к такому же выводу, милорды.
Инвистикон коротко кивнул и повернулся, словно собираясь уходить, когда офицер снова заговорил: — Мы согласны еще в одном вопросе — Терру нужно проинформировать о том, что происходит.
Командующие переглянулись, потом перевели на офицеров ледяные взгляды.
И Дранг, и Инвистикон тщательно проследили, чтобы в аналитических группах не было членов Администратума. За исключением Адептус Механикус, здесь все были служащими Флота. Таким образом, вместо монашеских одежд Адептус Терра, почти все люди вокруг носили флотскую форму. Теперь, когда Дранг добился поддержки Инвистикона в этом вопросе, эти команды, включая техножрецов, по сути, окажутся под стражей, не имея возможности общаться с другими людьми.
Что касается нуль-корабля, то он был случайно обнаружен кораблем линейного флота Обскурус. Силы Адептус Механикус и Инквизиции, снарядившие и отправившие его, до сих пор считали, что разведывательный корабль пропал в Оке Ужаса. Теперь «пропавший» корабль был помещён во внутренний ангар внутри одной из баз флота глубоко внутри Кипра Мунди, базовой планеты линейного флота Обскурус, и его местонахождение было известно только нескольким офицерам, лично преданным Дрангу и поклявшимся хранить тайну. Навигатора, героически выведшего корабль из Ока, немедленно умертвили.
Что касается тел космодесантников, в том числе библиотекаря Мерштурмера, а также прогеноидных желез, которые Мерштурмер удалил, то их оставили в стазис-камере, совершив поступок, который взбесил бы все ордены Адептус Астартес — если бы они о нём узнали. Дранг ещё не решил, вернет ли он когда-нибудь останки космодесантников в их крепость-монастырь.