Здесь потекла мирно и ровно их семейная жизнь. Здесь же родился их первый ребенок, великая княгиня Мария Павловна[12]. Самыми близкими для них людьми в это время были великий князь Сергей Александрович и великая княгиня Елизавета Феодоровна. Но, к сожалению, не суждено было продолжаться этой семейной идиллии. Великий князь Сергей Александрович получил пост Московского генерал-губернатора и, отличаясь широким гостеприимством, всегда радовался посещениям своих родственников. Неоднократно – и в Москве, и в подмосковном селе Ильинском – бывали у него великий князь Павел Александрович и великая княгиня Александра Георгиевна. Тогда не было конца веселым балам, пикникам и выездам. Селу Ильинскому и было суждено сыграть роковую роль в судьбе великокняжеской четы. Великая княгиня, ожидавшая появления на свет второго ребенка, во время одного из оживленных балов почувствовала дурноту и, лишившись чувств от сильных предродовых болей, была унесена в свои апартаменты. Говорили тогда, что великая княгиня оказалась жертвою собственной неосторожности. В Ильинском, на Москве-реке, постоянно дежурила лодка для увеселительных прогулок. Великая княгиня Александра Георгиевна, очень любившая кататься, никогда не имела терпения сходить к пристани по дорожке, а всегда прыгала с крутого берега прямо в лодку, не взирая на свое положение. Это обстоятельство и послужило причиной преждевременных родов. Решительно все было сделано для того, чтобы спасти великую княгиню. Все врачебные усилия выдающихся светил медицинской науки были тщетны: великая княгиня Александра Георгиевна скончалась после двухдневных тяжелых страданий, оставив недоношенного ребенка, впоследствии великого князя Дмитрия Павловича[13].
Горе великого князя Павла Александровича не знало границ.
Горе великого князя Павла Александровича. – Неудачное путешествие по Италии. – Посещение Кобурга и помолвка будущей Царской четы. – Первая встреча с императором Вильгельмом II. – Вместо Англии – Крым. Поездка в Ливадию. – Захарин, отец Иоанн Кронштадтский. – Кончина Императора Александра III.
Над дворцом великого князя Павла Александровича нависла мрачная тень смерти. Горе, вызванное неожиданной утратой, опасения за судьбу сына не позволяли успокоиться душе великого князя. Врачи не давали надежды на то, что Дмитрий Павлович останется жить. Великий князь Павел Александрович метался по своему дворцу, нигде не находя себе покоя: в короткое время он обратился в тень. Врачи, пользовавшие его, с домашним доктором Тургеневым во главе решили, что для восстановления физического здоровья и духовного равновесия великого князя необходима поездка за границу. Но тут встретилось неожиданное препятствие. Великому князю предписано было медиками во время путешествия пользоваться массажем, но великий князь решительно отказался взять с собою массажиста – постороннего, нового для себя человека. Тогда доктор Тургенев нашел выход: он взялся в короткое время обучить меня врачебному массажу. Занятия наши пошли успешно, и к должности заведующего великокняжеским гардеробом у меня прибавилась еще должность придворного массажиста.
Уезжая за границу, великий князь Павел Александрович оставил своих маленьких детей на попечение брата великого князя Сергея Александровича и его супруги. Вышло так, что последние очень привязались к своим маленьким племянникам, которые, по воле судьбы, даже не один раз спасали их от смерти. Впоследствии стало известно, что преследовавший великого князя Сергея Александровича революционер Каляев несколько раз подбегал с бомбами в руках к великокняжеской карете, но, видя в ней с великим князем Сергеем Александровичем детей его брата, отказался от своего намерения, боясь пролития крови невинных детей.
Первым этапом нашего путешествия, в котором великого князя Павла Александровича, кроме меня, сопровождал адъютант Ефимович, был Кобург[14], куда великий князь ехал повидаться со своей сестрой Марией Александровной[15], герцогиней Кобург-Готскою. Однако пребывание наше здесь было очень кратковременным. Великий князь Павел Александрович стремился в Италию к солнцу и теплу, которых так требовал его измученный недугом и горем организм. Увы, во время этого путешествия нам не посчастливилось: мы побывали в Неаполе, Флоренции, Риме, Венеции, и всюду нас преследовали холод и дождливое ненастье. Великий князь все время нервничал, жаловался на погоду и нигде ему не нравилось. Действительно, осень в этом году на юге, как на грех, задалась особенно непогодливая. Мы пробыли в отсутствии около двух месяцев и к рождественским праздникам вернулись в Петербург.
