Ненависть – не лучшее чувство для политика, но Майкл ничего не мог с собой поделать. По долгу службы он знал, к чему приведет постнацистская квазидемократия. Сколько раз он чувствовал вкус крови на губах. Потратив жизнь на подготовку операции по стиранию из реальности фашистской Германии и ее наследников, он не мог по-другому относиться к этой самодовольной, агрессивной толпе.
Потягивая изысканное вино из огромного бокала, Фрейн наблюдал за происходящим. Вот из боковой двери появился фон Шлоссер; журналисты, стоящие у длинного стола, как бы нехотя повернулись в сторону вошедшего, а потом, не прерывая беседы, потянулись все ближе, норовя занять место рядом с патроном. Вот молчаливые официанты с солдатской выправкой прибрали со стола русскую икру и понесли пиво с горячими сосисками.
«Сейчас побегут, расталкивая друг друга, чтобы вырвать колбаску пожирнее, – с отвращением подумал Фрейн, – станут жевать, перебрасывая мясо языком, стараясь не обжечь нёбо». Чтобы не блевануть, Фрейн отвел глаза и увидел русских, которые скромно стояли поодаль от толпы германских коллег. Тошнота ушла, и теплые чувства охватили Фрейна. Было приятно видеть, что кто-то не хватает сосиски, не глотает жадно пиво, капая пеной на спины товарищей, не тянет руки, чтобы, не допив первую кружку, запастись следующей… «Достоинство прежде всего», – думал Фрейн, и гаденький, гложущий уже много лет вопрос: «А будет ли новый мир лучше того, который вот-вот предстоит разрушить?» – отступал. Глядя на скромных русских ребят, которым его математики уготовили победу, Фрейн с надеждой думал: «Они молодцы, они смогут …»
Умберто давно увидел Фрейна, и сейчас, стоя у больших, во всю стену, окон, просто ждал, когда тот подойдет. Фрейн назначил Умберто встречу здесь, в самом логове врага, не из-за конспирации, хотя, конечно, мало кто из присутствовавших смог бы предположить, что именно сейчас, в эпицентре наивысшего духовного торжества Германии, решается ее судьба. Фрейну незачем было конспирироваться. Даже если бы они знали, что происходит, все равно не поверили бы. Со времен Гиммлера СС деградировал. Герхардт, не имея серьезных специалистов, запутался в оккультном наследии Рейха. Сделав ставку на экономическую мощь и пропаганду в духе Геббельса, он неизбежно утратил понимание о реальных движущих силах истории. Что же, Фрейну это было на руку. Сам он никогда не забывал о «Высшем смысле», о «Процедурах», о «Радуге», да и просто о повседневном бес цветном символизме. Памятуя о символах, Фрейн хотел, чтобы именно Умберто подал «Главный знак». Поэтому и назначил встречу здесь.
– Здравствуйте, – Умберто, наконец, собрался с духом и окликнул Фрейна.
– Ах, это вы! Добрый вечер, рад видеть. Понравилась выставка?
– О да. Прелестно. Такие параллели!
– Готический зал хорош, не правда ли?
– Невероятно хорош! Особенно рядом с древнерусской фресковой живописью. Поразительно, как куратору удалось воссоздать атмосферу средневековых соборов.
– Куратору… – Фрейн задумался. А ведь действительно, Адам Зон талантливый паренек. Как забавно все устроено. Неужели и это предрешено? Почему ребенка, которому суждено разрушить старый мир и создать новый, нарекли именем первочеловека? Очень просто, – скажет невнимательный читатель, – в честь деда, советского разведчика Адама Витицкого, направленного НКВД в Югославское королевство шпионить в пользу Сталина. Но нет! Адам получил свое имя в 1968 году, когда его отец Вильгельм, выросший в детском доме, и слыхом не слыхивал про своего родителя Витицкого. Как такое может быть? Что означают подобные совпадения с точки зрения квантовой вероятности и колмогоровской теории стохастических процессов? Некоторые южнославянские источники изображают Адама после его смерти как привратника потустороннего мира, сидящего на престоле. Здесь он величественен, почти как Бог. С другой стороны, в философии масонства Адам является первым масоном, получившим от Бога тайное знание – основу масонства, которое он передал потомкам. С тех пор масонские ложи хранят и передают это знание из поколения в поколение. Согласно древним еврейским легендам, Адам был создан в виде бездушного зародыша – голема. В таком виде он рос, словно растение, и только, когда Бог оживил его, вдохнув дух жизни, Адам стал настоящим человеком. Некоторые убеждены, что до грехопадения Адам находился на столь высоком уровне, что знал разницу между истиной и ложью. Увы, после вкушения от Древа познания, он скатился туда, где воспринимают лишь хорошее и плохое. Бог предостерег Адама под страхом смерти не есть плодов познания. В познании скрыта смерть. Но так ли это? Кое-кто считает, что Создатель обманул Адама, а правду сказал Змей: «В тот день, когда вкусите от плодов, откроются глаза ваши и будете, как боги, знающие добро и зло». Если Бог сказал правду, то от знания идет смерть, если Змей сказал правду – знание равняет человека с богами… Фрейн отер пот со лба. Он всегда знал, где надо остановиться в размышлениях. Взглянув перед собой, Фрейн вновь увидел Умберто.
– Вы уже подготовили текст?
