– Да, Паша, слушаю… Что там у вас? – подполковник, кажется, по моему голосу понял сложность ситуации, в которую мы угодили, и потому сам спрашивал с беспокойством. Хотя предположить действительного положения вещей и он не мог.
– Кого вы к нам послали?
– То есть?
– Вы видели, как бандиты садились в машину?
– Конечно. Что случилось?
– В машине мирные люди. Мы их из РПГ накрыли. Сгорели. Одна девочка в живых чудом осталась. Ее вытащили.
– Этого не может быть! Паша, я сам в бинокль видел, как они бегом в машину заскакивали и рвали с места. Наверное, другая машина… Номер…
Я назвал номер.
– Та самая машина, Паша, та самая… Что девочка говорит?
– Ничего не говорит. Руку чуть ли не по локоть в рот засунула, и даже не плачет. У нее шоковое состояние. У нас тоже…
– Не уходи с места. Мы снимаемся. Идем в вашу сторону.
– Куда же мы уйдем! Мы здесь…
– Жди… Ничего не предпринимай.
Я убрал «переговорку».
– Влипли? – сердито спросил я своих, словно они были в чем‑то виноваты.
– Влипли, – согласился Вальтер. – И круто…
– Девочка сама по дороге дойдет, куда ей нужно. А нам необходимо уходить, – мрачно сказал Корчагин и с силой отшвырнул от себя тубу гранатомета.
– Отставить! – сказал я. – Получен приказ дожидаться своих. И ничего не предпринимать. Ждем и соображаем. Что могло произойти? Машина та самая, люди другие…
– За нами следили, – предположил Вальтер. – Бандиты знали, что мы ждем их. И послали мирных жителей. Под расстрел.
– Другого не дано, – согласился Вадим. – Теперь неприятностей на всю оставшуюся жизнь хватит. Хлебнем…
– Не захлебнемся, – возразил я. – Необходимо найти, кто «подставу» организовал.
– Но для этого как минимум нужно оставаться на свободе, – устало заметил старший лейтенант, отбрасывая в сторону автомат. – А этого нам уже, кажется, не дано. Оружие не трогаем – перестреляют сразу.
