Окопировался полностью

Разнесенский(берет счет и читает):

За штоф водки 1 р. 50 к.

За три бут. шампанского  12 " — "

За ветчину и поросенка 1 " 65 "

Шарманщику 1 " — "

Цыганам 10 " — "

За поцелуй цыганке  1 " — "

За разбитое стекло —  " 75 "

Итого  27 р. 90 к.

Всего остатку от 29 рублей 1 руб. 10 коп. (В сторону.) Ободрали деревцо, только что хотело одеться листиками. А делать нечего, приходится расплачиваться. Пожалуй, позовут полицию... хуже будет. Из чего мне в чужом пиру похмелье? (Вынимает деньги из жилета Резинкина.) На место денег положу роковой счетец — пусть поверит. Бедный Резинкин! что будет с тобою завтра. (Половому.) Вот деньги. Сдачи и извозчика. (Поднимает Резинкина и берет его в охапку.) О, горе нам! о, страшная для нас невзгода!

Половой(в сторону). Хоть бы слепой гривенник на водку! (Занавес опускается.)

Прежняя комната в доме столяра.

Груня(одна). Отец не ночевал дома. Видно, где-нибудь достал денег; опять задаток получил и опять прогуляет. Доживем до беды! Да и Александр Парфеныч не приходил вчера. Что-то сердце-вещун так и ноет... А узнать не от кого. (Садится за работу.)

Груня и Поддевкина.

Поддевкина. Бог помочь! одна-одинехонька, моя голубка, и все за работой?

Груня. Благодарю вас, Мавра Львовна!.. Нам, бедным людям, грех сидеть сложа ручки. Вот и ваша дочка немного отдыхает.

Поддевкина(шаря везде и все рассматривая). Ну, моя Прасковья Степановна дело иное; между нами сказать, может скоро совсем работу бросить да орешки пощелкивать: пора! Она у меня приданница богатая. Триста целковых у ней в Приказе, полтораста на свадьбу в сундуке припасено, а платьев дареных не перечтешь, словно у какой графини. Да что, мать моя, у тебя платочек на плечиках новенький?

Груня. Вы видали его уж на мне.

Поддевкина. Ох, ох! нельзя, кровь своя! А тружусь, родная, в поте лица. Посидеть ли около больной, мух обмахивать, гробовой ли убор припасти да поплакать по покойнику или покойнице, приданое ли закупить али весточку горяченькую по секрету передать — везде, все я, Мавра Львовна Поддевкина. Никто лучше меня не угодит. Грех таить, и побранить кого надо за своих благодетелей, побраню... разругаю, в грязь втопчу... не трогай наших! А все по большим, знатным домам! (Подойдя к шкапу.) Что это у тебя, голубушка, между нами, носик у чайника отбит?

Груня. Отбит, Мавра Львовна.

Поддевкина. Что-то ложечки серебряной с чернью не видать, да из трех одной чайной?

Груня. Не видать — в закладе.

Поддевкина(возвращаясь к Груне). Вчера был у вас помещик Подснежников?

Груня. Был.

Поддевкина. Между нами сказать, он тебя так расхваливает; по словам его, и девицы нет краше и разумнее. Не красней, голубка моя; стыда тут нет никакого: человек благородный, интересный, 60 душ, после отца-скопидома сундук с деньгами в кладовой; а ты ведь, барышня, девица честная, весь квартал про тебя худого слова сказать не посмеет.

Груня. Верю очень, что Подснежников человек недурной; да меня к чему тут приплетать?

Поддевкина. К слову пришлось, матушка, не гневись... Дай Бог ему подругу пригожую и добрую!.. Ты знаешь, моя Прасковья Степановна шьет на него белье...

Груня. Знаю.

Поддевкина. Все голландское, тончайшее, аки паутина, между нами. Угодила ль ему дочка вчерашнею работою — правда сказать, словно мелким бисером вывела — аль на сиротство ее сжалился, аль по нраву ему пришлись добрые речи об тебе, возьми, да заплати ей вдвое за работу.

Груня. Видно, вчера такой счастливый день выдался, всем подарки были.

Поддевкина. Счастливый? Бог знает, родная! Иному талант впрок, другому на погибель. Ох! ох!

Груня. Вы так тяжело вздохнули, Мавра Львовна, что у меня в сердце отдалось. Уж не с отцом ли что случилось?

Поддевкина. Что ему? Отец твой в деньгах, долги платит, дерева накупил, работников понанял да и себя не забывает. Кутит напропалую!

Груня. Где ж он денег взял?

Поддевкина. Не хочу грешить, не знаю. Нет, мать моя, я про другого говорила. На кого напасти не бывает, да беда беде бывает розь — от иной и век не опомнишься. Как не вздыхать? сиротинка...

Груня (в сторону). Сирота?.. уж не с ним ли что?

Поддевкина. Только между нами; Грунечка, по большому, большому секрету. Коли выйдет от нас прежде времени, погубим малого ни за денежку. Вот видишь, душа моя, вчера, в счастливый-то день... пожаловал соседу твоему, Саше Резинкину, набольший их тридцать целковых на окопировку...

Груня. Так что ж?

Поддевкина. А он — и прогуляй их.