Боевик так и двигался впереди, работая «подавителем» по тем, кто нам мешал, так что всё прошло тихо, даже без стрельбы. Хотя по сторонам взлетали осветительные ракеты. Сюда даже послали машину. Ну да, этот участок блокады не отвечает на запросы по телефону, вот и отправили проверить, что случилось? Машину дрон расстрелял плазменными пушками, дистанция всего семь километров. Бойцы и не поняли, что это было. Шум поднялся, да мы уже ушли, скрывшись в лесу. Сначала по дороге шли, дальше двое, вооружившись топорами, прокладывали путь. В основном очищали от мелочи, чтобы телеги и кухни прошли, последние уже дымили. Немецкие повара, отмыв их, залили котлы водой на утро, вот наш повар этим и воспользовался, а горячую жидкую пищу все желали.
Так как я старший командир, во всём старший, то раскладку для приготовления блюд сам принимал, её со мной согласовывали. У одной кухни в главном котле наваристый мясной суп с капустой, в другом котле каша перловая, в третьем какао. Чая мы не нашли, а банок с какао несколько коробок, и мешки с сахаром есть. У второй кухни в главном котле картофельный суп – у многих желудки только начали работать и им что полегче на первое. Во втором котле пшённая каша, и снова какао. Говорю же, другого нет. Я утвердил раскладку. Поэтому, когда дошли до озера, тут даже симпатичный песочный пляж был, по пути пересекли овраг, смогли это сделать, и стали разбивать лагерь, четыре больших палатки установим, как рассветёт, а пока попадали кто где, настолько устали. Правда, пища была готова, повар в дороге умудрился всё сделать, это пробудило многих. С той уничтоженной немецкой роты я забрал сотню солдатских котелков. Плоские, с крышкой для второго, внутри кружки. У кого котелков не было, выдавал. Себе пяток оставил, остальное всё ушло, так что сидели и многие жадно ели.
А вот я нет, более того, старшине Овечкину приказал не включать меня в довольствие, мол, буду питаться своим. Объяснять ничего не стал, просто так решил, вот и всё. И приказным порядком вывел себя из списков на выдачу пищи. Я и в прошлом теле Гаврилова так же поступил. У меня столько деликатесов, а тут на, ешь из общего котла. Прослыл сибаритом, но я не обращал внимания, всегда питался один и своим. Да, я не делюсь. Как подарки отдельным лицам разные вкусности давал, но не более. Там я эту практику начал через неделю как полк принял, и до конца войны, тут вот сейчас, чтобы запомнили и перестали удивляться.
Через час рассвело, как мы к озеру вышли. По лагерю стоял отбой, я уже назначил разводящего, бойцов на охрану. Определил позиции для пяти пулемётов, пусть охраняют, парные патрули из пограничников будут ходить. Ещё копали в двух местах ямы для отхожих мест. Метрах в ста от опушки, не рядом с озером. Старший лейтенант Башков был в сознании, вполне ничего себя чувствовал. Я его старшим оставил, он и был старшим по званию после меня. Сообщил ему, что нужно мне лично провести разведку, пусть пока командует. То, что не двигается, не проблема, будут к нему ходить на доклад. Задачи поставил такие, привести бойцов в порядок, это стирка и помывка. Раненых отнести на берег и там аккуратно помыть, всё мыло, шесть кусков, уже отдал Овечкину. Форму после стирки зашить, иголки и нитки, пусть и немного, также старшине передал. Тем более среди нас трое гражданских, девушка и двое мужчин. Их пока к раненым определили, помогать. Тоже нужно помочь привести себя в порядок. Оружие почистить и перезарядить. Три единственные бутылки с оружейным маслом – слил со всех в три – также оставил. Отдыхать и отъедаться, то есть накапливать силы. Ну и чтобы бойцы не слонялись без дела, пусть сам работу им найдёт. И вести себя незаметно, не давать обнаруживать место стоянки. Ну и контролировать окрестности у лагеря, пусть этим пограничники займутся, те этому обучены. Я же поищу медиков, постараюсь из наших, ну и разведку проведу. Узнаю, насколько наши ушли от границы. И я покинул территорию лагеря. Бодрствовало шесть человек, это Башков, движение повозки растревожило рану, не хотел спать, пятеро часовых, и разводящий. Остальные вповалку. После сытного ужина просто вырубало, где были.
Пробежав мимо отдыхающих лошадей, их тут почти три десятка, один боец охранял, я углубился в заросли и, подойдя к боевому дрону, начал работать с управляющим искином через планшет. Забирать его не буду, пусть охраняет лагерь, и разведчик в небе этим же занимается. Обнаружить моих бойцов и уничтожить я просто не дам. Дрон укроется в лесу и всё вокруг будет отслеживать сенсорами и не даст себя обнаружить, он работал с разведчиком на пару. Порядок. Установил настройки, и всё – началась охрана.
