Лисса медленно покачала головой.
– Нет… Не знаю… Когда я исцеляла его, между нами возникла некоторая связь, я чувствовала ее. Мне пришлось… Не знаю, как объяснить. – Она провела рукой по волосам, огорченная тем, что не может описать действие своей магии словами. Усталость все сильнее овладевала ею. – Такое ощущение, будто мне пришлось оперировать его душу.
– Они считают его опасным, – мягко повторил Кристиан.
– Но это не так! – Она окинула сердитым взглядом своих спутников, смотревших куда угодно, только не на нее. – Он больше не стригой.
– Принцесса, – заговорил один из стражей, явно испытывая неловкость, – никто не знает, что произошло на самом деле. Вы не можете быть уверены, что…
– А я уверена! – В замкнутом пространстве ее возглас прозвучал очень громко, в нем ощущался королевский, повелительный оттенок. – Я точно знаю, ведь это я спасла его. Я вернула его обратно и ощущаю всем своим существом, что он больше не стригой!
Стражи молчали. Они выглядели сбитыми с толку, да и как могло быть иначе? Произошел беспрецедентный случай.
– Ш-ш-ш… – Кристиан накрыл ее руку своей. – Ты ничего не можешь сделать, пока мы не вернемся ко двору. Ты страдаешь, ты измучена…
Лисса понимала, что он прав, она страдает и измучена. Магическое воздействие обошлось ей очень дорого. И сделанное все же создало между нею и Дмитрием некую связь – не магическую, а личную. Она и впрямь испытывала к нему материнские чувства, была полна тревоги за него и желания защитить.
– Я должна увидеться с ним, – сказала она.
Она? А я?
– И увидишься, – уверенно заявил Кристиан, хотя вряд ли у него были для этого серьезные основания. – А сейчас постарайся отдохнуть.
– Не могу, – ответила она, хотя и подавила при этом зевок.
Он улыбнулся, обнял ее и притянул к себе, насколько позволял ремень безопасности.
– Попробуй.
Она положила голову ему на грудь; их близость сама по себе оказывала благотворное воздействие. Беспокойство за Дмитрия все еще не оставляло ее, но телу требовалось набраться сил. Наконец она начала засыпать в объятиях Кристиана, и последнее, что она услышала, был его шепот: «С днем рождения тебя».
Двадцать минут спустя наша колонна добралась до двора. Я рассчитывала тут же получить свободу, но мои стражи не вылезали из машины, ожидая какого-то сигнала или указания, суть которого никто не потрудился объяснить мне. В итоге выяснилось, что ждали Ганса.
– Нет. – Он жестко положил руку мне на плечо, когда я выскочила из машины и попыталась рвануть… сама не зная куда. Туда, где был Дмитрий. – Подожди.
– Я должна увидеться с ним! – воскликнула я, стараясь вырваться, но Ганс стоял точно стена. А ведь ему этой ночью пришлось потрудиться гораздо больше, чем мне, но усталости я в нем не заметила. – Скажите, где он!
– Под замком. – К моему удивлению, Ганс все же ответил. – Ни тебе, ни кому-либо другому до него не добраться. Знаю, когда-то он был твоим учителем, но сейчас лучше держись от него подальше.
Голова у меня после всех событий этой ночи работала плохо, но потом на память пришли слова Лиссы.
– Он не опасен, – сказала я. – Больше он не стригой.
– Откуда такая уверенность?
Тот же вопрос задавали и Лиссе. Как могли мы честно ответить на него? Мы знали, потому что приложили невероятные усилия, чтобы выяснить, как трансформировать стригоя, и когда сделали все, что положено, последовал почти неконтролируемый выброс магической энергии. Разве это само по себе не доказательство? Разве изменившийся облик Дмитрия не доказательство?
Но ответила я в точности как Лисса:
– Просто знаю.
Ганс покачал головой; теперь стало заметно, как сильно он на самом деле устал.
– Никто не знает, что творится с Беликовым. Те, кто там присутствовал… Я сам сомневаюсь в том, что видел. Мне известно лишь, что совсем недавно он был у стригоев лидером, а теперь может выходить на солнце. Бессмыслица какая-то. Никто не знает точно, кто он сейчас.
– Он дампир.
– И до тех пор, пока мы не выясним это, – продолжал он, проигнорировав мое замечание, – он останется под замком и его будут изучать.
Изучать? Будто лабораторное животное? Я снова вспылила и чуть не закричала на Ганса, но вовремя сумела справиться с собой.
– Тогда мне нужно увидеться с Лиссой.
– Ее отправили в медицинский центр – она нуждается во врачебной помощи. И очень сильно. Тебе туда нельзя, – добавил Ганс, предугадывая мой следующий вопрос. – Половина стражей там. Ты будешь только путаться под ногами.
– Так что, черт побери, мне делать?
– Пойти и немного поспать. – Он криво улыбнулся. – Думаю, твое положение по-прежнему незавидное, но после того, что я видел там… Ну, я свое мнение выскажу. Ты и впрямь умеешь сражаться. Держать тебя на канцелярской работе глупо. А теперь давай иди и отдохни.
