— А еще их можно отправить работать за еду, — кивнула Эри. — Это был очень прибыльный бизнес. Но с тех пор как Иосиф попал в Найзельберг, он едва не погиб от одной кицунэ и, выжив, поклялся измениться. Теперь он свою секту не бросит и даже наоборот, пропагандирует исключительно позитивные идеи.
— Я уже знаю, как они работают.
Бьянка рассказала свое виденье.
В этом есть смысл, но у всего в мире есть две стороны. Так что и тут тоже есть немало подводных камней. Сам факт того, что у них есть какие-то «Сестры Милосердия», что наверняка просто карательный отряд, уже о многом говорит.
— Ну и как со всем этим связана именно ты? — посмотрел я на Эйбон. — Ты с ними в очень теплых отношениях.
— Мой наставник и опекун возглавлял одно из крыльев этой секты. — ответила она. — Точнее, то, что им стало, уже после его ухода. Садись.
Надев шлем, я устроился на мотоцикл, и мы поехали, а попутно Эри через микрофон рассказывала, что и как.
— Когда в городе были большие… беспорядки, восемь лет назад, то подобные организации плодились как грибы после дождя. Точнее тогда это были никакие не секты, а просто волонтёрские группки тех, кто помогал пострадавшим. Многие из них вообще образовывались стихийно и случайно. Как, например, группа Вайтнайта, изначально были теми, кто завалы разгребал, а потом стали и преступников вместе ловить. Ну, а мой наставник — некогда матерый экзорцист, после отставки решивший пойти в священство, о душе позаботиться, причем не только своей. Он заботился о выживших, утешал, выслушивал, помогал справиться с пережитым. И вокруг него тоже постепенно стали собираться люди. В тот момент в городе образовалось немало таких религиозных общин, и те, что буддийского толка, постепенно начали собираться именно вокруг наставника, просто потому, что тот знал, как даже обычному человеку справиться с нечистью… Но как бы он не был хорош во вдохновении людей и усмирении духов, в том, чтобы людьми управлять, он был профан.
— Его оттерли от власти?
— Ну, попытались, — кивнула она. — Ублюдки понимали, что пока он жив, люди все равно будут слушать именно его, и решили по-тихому прикопать. Мы сумели отбиться, но прекрасно понимали, что продолжать так нельзя. Тогда-то отец Иосиф и предложил моему опекуну уйти на покой и передать все ему. Он как раз пытался сделать свою секту межконфессиональной, с буддистским и мусульманским крылом, и ему это как-то даже удавалось… В ответ тот поклялся никогда не мешать и не вредить всем, кто ушел и даже помогать всеми возможными способами. Так все и закончилось.
— Вот оно как… Так значит, вот как Уолш узнал где ты живешь.
— Ага, за мной немного приглядывают, но не мешают и не лезут, проповедникам запрещено даже близко к моему жилью подходить. Но дуракам закон не писан.
— И что теперь? Можно ли доверять им?
— Они не обманут нас. Доверять, разумеется, никому нельзя, но им самим выгодно быть максимально честными.
— Но вот про компенсацию нам ничего и не сказали…
— Не бойся, не обидят. Как минимум, стандартный оклад для сложной работы. И платить будут не официально, а в качестве «благодарности». Зато никаких налогов…
— Чудно, — фыркнул я. — Я и так не знаю, куда деньги девать, а теперь то…
— Покупай мотоцикл.
— Называть его каким-нибудь глупым именем не дам.
— Из-за тебя мой пулемет захотел именоваться «Карлсоном», так что должен мне, — буркнула она. — Настраивайся на работу. Мы почти приехали…
Нужный дом находился, как ни странно, совсем недалеко. В том же Северно-восточном районе, но через несколько кварталов на восток в одной из многоэтажек на Улице Гегеля. Здание что нам нужно было, оказалось совершенно обычным десятиэтажным, что вообще никак не отличался от других таких же.
Этаж был последний, так что мы быстро доехали на лифте. Ключ от двери нам выдали, так что мы собирались просто войти внутрь, однако у входа уже кто-то был.
— Открывайте, ублюдки! — послышался крик и громкий стук.
Выйдя из лифта, мы встали в коридоре и увидели, как в нужную нам дверь ломятся трое ребят примерно нашего возраста. Двое крупных парней и один невысокий тип кулаками бил по железной тяжелой двери и звонили в звонок. Из соседних дверей никто не выглядывал, видать боялись этой троицы, а может, кто уже вызвал полицию, потому лучше не задерживаться.
Мы с Эри переглянулись и затем двинулись к ним.
— Привет, — сказала Эри, привлекая внимание троицы. — Вы что…
— Пшол отсюда, козел, пока мои братки тебя с лестницы не спустили! — фыркнул невысокий парень, смотря на нас. — Че встал, вали!
— Ты мне не угрожай, — начала закипать моя напарница.
Парни отвлеклись от двери и двинулись на нас.
— Ты, я смотрю, какой-то дерзкий для такого клопа, — усмехнулся тот. — Вали пока я добрый.
— Да я…
Понимая, что сейчас начнется, в дело решил вступить я.
— Стоп! Подожди! — хватаю свою напарницу за плечи и отвожу назад. — Отойдем.
— Не лезь, я сейчас…
— Дай мне переговорить с ними, — уверенно заявил я. — Я смогу найти общий язык.
— Чего?! — она посмотрела на меня как на идиота.
