Выдохнув, я распласталась по каменной кладке, теплая шершавая поверхность согрела заледеневшие от касаний пустоты руки. Пальцы нащупали первую щель, «кошки» звякнули, впиваясь в неровный стык блоков. Нога уперлась в основание.
Раз… два… три…
Подтянуться.
Жаль, нет ни костылей, ни шипов на ботинках, но и стена не сложная.
Что я буду делать, когда до нужного окна доползу?
Интересная мысль, но не своевременная. Потом…
Вверх, вверх, вверх…
Вдох, выдох.
Подтянулись…
Дальше…
Выше…
Рутина.
Действительно несложная стенка, старая, щербатая от погоды. Таких можно и десяток в день осваивать.
А, тварь! Сорвалась, самоуверенная скалолазка!
Подула на ободранные пальцы правой руки, повиснув на левой.
Не расслабляться!
А вот узкое окно. Надеюсь, интуиция меня не подводит и это именно то, что нужно.
Прижавшись к теплым камням, прислушалась.
Тишина. Мир вокруг недвижим и безжизнен. Только кровь в висках стучит и собственное дыхание ощущается, будто это стена меня в грудь ритмично толкает. Рутина рутиной, а работать пришлось без страховки, без разведки, на одном кураже и ведовстве. Это бодрит.
А еще растренированная спина ноет, ноги дрожат и саднят ладони.
Продолжаем.
Зафиксировавшись на правых «кошках», свободной рукой ощупала край окна. Никаких рам, стекол, решеток, только толстый поперечный штырь и едва заметно крошащийся край проема. Проходимо.
Только вот пальцы захолодило. Перед глазами на миг помутнело.
Выдернув руку наружу, застыла. Охранка? Внутри. Стена служит границей. Снаружи все так же царит пустота.
Стоит ли рисковать?
Для начала небольшой отдых.
Обернувшись, я посмотрела на ночной город. Даже в слабом свете звезд крыши, покрытые особенной черепицей, едва заметно золотились и мерцали. Ряды синеватых огней, разгонявших сумрак на улицах, складывались в ромбы и прямоугольники, делая столицу похожей на мозаику из темной сияющей смальты. Дворца видно не было, но я ничуть не сожалела о том, что восхитительный образчик древней эньяльской архитектуры недоступен для обозрения. Присутственные места обычно долго не засыпают.
Эта часть города казалась вполне гармоничной и отвечала моим представлениям о равновесии. В отличие от здешних обитателей. Очень странных людей. Я пока до Цитадели добралась, ни одного патруля не встретила. Стража будто вымерла. Ни на выложенных цветным плитняком улочках, ни в парках, ни на площадях никого не было. Да даже случайных прохожих, припозднившихся гуляк и работников Ночной гильдии не заметила. Комендантский час?
Зато все было пропитано силой. Казалось, что она настороженной пружинкой-змейкой затаилась, выслеживая чужака. Но меня не чуяла, не замечала, потому что я не светлая и не темная, я разноцветная. Или равновесная? А может, самовнушение сработало.
Дыхание выровнялось, судорога отпустила икры.
Спокойствие, туман, выдох…
Пробуем.
Зацепилась рукой за штырь, не пересекая внутренней границы толстой стены. Подтянулась.
— Лорд Кейв Рониа? — спросила четко и не очень громко. — Вы здесь?
Тишина. Раз, два, три…
Сердце отсчитывает секунды, медленно, размеренно.
Над городом проплыла тень, скрывая узор звезд.
Шорох, легкие шаги, сиплый, будто сорванный, голос:
— Кто здесь?
Подавив неуместное нервное хихиканье, спросила:
— Ночная гильдия. Если я войду, сможем ли мы вдвоем выйти и сколько на это потребуется времени?
Интуиция интуицией, но надо же убедиться, что магические пути отступления действительно есть. Потому что обычных способов вырваться из заточения я не вижу, а подсказка путеводной нити какая-то непонятная. Главное — войти? Именно мне?
Как-то раздраженно звякнула цепь.
— Да. Сто ударов сердца.
Я мысленно перебрала варианты. Примитивные заклятые замки, да? Как говорил мой учитель, ломая полуметровую броневую плиту старого хранилища: «Против лома нет приема». Если приложить тот лом в нужной точке.
— Вхожу.
Скорее вползаю.
Расцепилась со стеной, перехватила край окна, уже не обращая внимания на промельк холода, извернулась, на миг застыла в неустойчивом равновесии не здесь и не там, нащупывая ногой опору. Оттолкнулась, протиснулась боком между стеной и штырем, радуясь собственной худосочной комплекции, нырнула вниз.
Кувырок, встать.
Чуть в стену не врезалась. Тут и полдюжины шагов нет.
Осмотреться.
Камера пять на пять шагов, голый серый камень, длинный топчан, на полу плошка с тусклым желтым огоньком — светильник. Сзади… Рука нащупала дверь, железные полосы, петли, узкую щель замочной скважины. По потолку рядами черной глянцевой вязи, ледяной даже на вид, тянулись незнакомые мне письмена.
Ну и самое главное. Обитатель камеры, весьма похожий на свой портрет, только еще более худой, небрежно одетый в мятую рубаху и пыльные штаны, да еще с отчетливой искрой безумия в глазах. Тощие запястья закованы в браслеты, покрытые неуместно изящной гравировкой. Длинная тонкая цепь от них тянется к кольцу, вделанному в стену.
Хм…
Скинув с плеч сумку, игнорируя появившееся в глазах лорда удивление, я рухнула на колени, выхватывая заточенный чарами нож. Кончиком разомкнула одно звено цепи, коснулась второго… Лезвие, хрупнув, осыпалось пылью.
Поднялась.
