Полковник Бережной был невысок, худощав, серые с проседью волосы были коротко подстрижены, а серо-стальные глаза внимательно посмотрели на меня. Он не сказал в мой адрес ни слова, но на душе у меня стало как-то… Зябко, одним словом. Видимо, он хотел мне что-то сказать, но передумал. По манере держаться было ясно, что полковник – старый вояка. Неудивительно, что генерал-лейтенант Михаил Романов безоговорочно подчинялся ему. Этот человек знал, что надо делать.
– Михаил Александрович, – сказал он просто, – получены данные разведки, в них говорится, что немцы начнут наступление завтра на рассвете. До утра мы протолкнем сюда и разгрузим еще один механизированный батальон, всю живую силу и артиллерию. Бронетехника выгрузится у Валмиера, и до утра прибудет сюда своим ходом. Иначе нам никак не успеть, – он сжал руку в кулак. – Это должна быть показательная порка, чтобы весь мир видел, как опасно поднимать меч на Россию. И, между прочим, они сами же этого захотели!
– Итак, джентльмены, – начал свою речь британский премьер, – я собрал вас, чтобы сообщить вам пренеприятное известие. А именно, по данным нашей разведки и дипломатическим источникам, между Россией и Германией ведутся тайные переговоры о заключении сепаратного мирного договора. Сэр Артур, не могли бы вы сообщить то, что вам стало известно?
– Господин премьер-министр, – начал лорд Бальфур, – все началось чуть меньше месяца назад. Операция «Альбион», которую пыталось провести германское командование, и целью которой был захват Моонзундских островов, с треском провалилась. При этом был потерян практически весь десантный корпус и несколько крупных кораблей, среди которых был, между прочим, и линейный крейсер «Мольтке». И причиной поражения германцев стало появление некоей русской эскадры, по нашим данным, состоящей из более чем десятка крупных кораблей. Откуда она появилась – для всех остается загадкой. Известно только, что возглавляет ее некий адмирал Ларионов, а также то, что представители этой таинственной эскадры с ходу вмешались в политическую жизнь России. Об этом вам может более подробно рассказать наш бывший посол в России…
– Сэр Джордж, – сказал премьер-министр, – будьте добры, расскажите нам о том, что произошло в Петрограде…
Бьюкенен, высокий седой и сухощавый старик, оглядел присутствующих строгим взглядом своих колючих глаз и, прокашлявшись, заговорил бесстрастным и чуть гнусавым голосом:
– Джентльмены, вы хорошо знаете, сколько я приложил усилий для того, чтобы в России произошло свержение монархии и к власти пришло правительство умеренных и здравомыслящих людей, которые смогли бы помочь нам победоносно закончить эту несколько затянувшуюся войну.
И мы были близки к успеху. Русская армия была достаточно сильна, чтобы держать фронт и не дать германцам снять с Восточного фронта ни одного солдата, и в то же время достаточно ослаблена, чтобы при подписании грядущего мирного договора Россия могла бы претендовать на что-либо серьезное – например, проливы.
Когда наши друзья – господин Гучков и господин Милюков – были выведены из состава правительства, мы решили двинуть во власть генерала Корнилова, который навел бы в армии дисциплину и порядок и сумел бы установить военную диктатуру. Но наш план, к большому сожалению, не удался.
С помощью некоторых высших чинов русской армии, войска, которые генерал Корнилов двинул на Петроград, были распропагандированы и отказались подчиняться будущему диктатору. А сам Корнилов был обвинен в попытке мятежа и арестован.
А потом, словно чертик из табакерки, появилась эта распроклятая эскадра Ларионова. И все вдруг рассыпалось, как карточный домик…
Каким-то способом русские сумели разгромить германцев. Их люди по максимуму использовали пропагандистский эффект этой победы и сумели убедить премьера Керенского передать власть большевикам, причем не тем, каким мы собирались помогать. Вы ведь помните, джентльмены, – сколько мы сделали для того, чтобы в Петрограде появился некий господин Бронштейн-Троцкий вместе со своими сторонниками…
Все присутствующие дружно закивали. Ни для кого не было секретом то, что у господина премьер-министра были общие дела с господином Бэзилом Захаровым, главой оружейного концерна «Виккерс». А тот финансировал (правда, не только он) Троцкого и его команду, осевшую в САСШ.
