Это знание гоблинов не утешало. Они хныкали в печали и улыбались грустно друг другу — дураки, знающие, что их оболванили. Ничего им не оставалось, как смириться с собственным жребием и бороться всеми силами и хитростью со злом, заполонившим этот мир. Таков был ангел судьбы гоблинов — биться против чудовищной судьбы демонов.
Поэтому они связали демона Н’драто. Покрытая сонными выделениями их тел, его зловонная шкура сияла, он висел как луна, мешок слоистых лунных лучей, сплетенных вместе — еще один сон, которого не хотел никто.
Извергая яичные массы из отверстий между ног, гоблины готовились общаться с этим демоном. Это была нелепая работа, неприятная каждому из них, и все же ее надо было сделать, чтобы продолжать битву. Скользкие скорлупы яиц выступали из тел эктоплазменными пузырями, пульсируя бурлящими внутри телепатическими химикатами.
В ужасе обняв друг друга, гоблины ждали. Сердца их бились, как маленькие зверьки. Они сбились в кучу, храбрясь, все за одного. Прибыв на Ирт, они поняли, что любовь — не пение птиц, как они когда-то думали. Любовь — зверь с мощными челюстями, как сама смерть.
С шипящим хлопаньем яйца выпустили свою гормональную начинку. Демон, пойманный последним, конвульсивно дернулся, когда пары проникли в его череп и проложили новые пути в его злобном мозгу.
Гоблинов охватил страх. В мозгу Н’драто они прочли о его вторжении в меловой дом спящих собратьев и взвыли. Крики и плач зазвенели как колокол на лесной поляне, летя через весь лес и лиги морских просторов к спящим.
Схватившись друг за друга, гоблины погрузились в собственный питающий аромат, усиливая свою телепатическую мощь. Они с ее помощью через весь мир дотянулись до безмозглых зверей, чей пустой разум лучше всего держал их команды.
Дождь набросил сети на Марь Гоблинов, вылавливая древесные альковы и дымную подстилку болота по настоятельному приказу гоблинов. Из бочагов и топей полезли тролли — гуманоиды с металлической кожей и запавшими глазами на клыкастых мордах.
Молния повесила свой фонарь, и серебристый свет затрепетал, погас и снова зажегся поодаль. При этой безумной иллюминации тролли сбились в кучу, шлепая под дождем к соляному куполу, где лежали потревоженные гоблины.
Они зашевелились и стали пробуждаться. Сны, полные слоистых облаков и шелестящих полей перистой травы, растаяли. Затрепетали и открылись пятнистые веки, дергаясь в пылающих вспышках молний, что пробивались сквозь трещины купола, дрожа от холода.
Какие-то огненные языки заметались между ними, и гоблины сжались от страха, увидев среди себя двух демонов.
Слившись воедино, разум гоблинов рванулся наружу — а двое демонов, крадучись, бродили между ними, раскачивая светящимися алмазами и расставляя на земле страшные кристаллы пойманного Чарма, камни изгнанного света. И этот единый разум гоблинов вскрикнул.
Всю свою жизнь Овери Скарн была слишком бедна и не могла позволить себе достаточно Чарма, чтобы стать красивой. Сейчас, когда у нее были все средства «Шахт Бульдога» и Нового Арвара, не хватило времени пройти сложное лечение, которое сняло бы с нее лишний жир.
Однако она сделала себе наговорный пояс, который придавал ей неотразимую сексуальную привлекательность. Одни только экстатические топазы и гранаты восторга обошлись в целое состояние, потому что на полный обхват их пошло втрое больше, чем обычно. И расходы на колдовскую проволоку, необходимую, чтобы адекватно объять все складки жира, почти убедили ее плюнуть на пояс и пройти курс удаления жира.
Но время сейчас было драгоценнее осветительных алмазов. Из всех доминионов шли сообщения о страшных последствиях непрекращающихся атак троллей и огров. Поля и фермы уничтожались, добыча минералов прекращалась по всему Ирту. В ближайшие дни голод и отсутствие Чарма могут положить конец талисманической эре. Люди будут вынуждены жить, как жили миллионы лет назад, промышляя собирательством, привязываясь на ночь к деревьям и залезая в пещеры, чтобы ночной прилив не унес их во сне. Но те, кто будет владеть наговорными камнями, получат такую власть, какой никогда не было у пэров.
И все время Овери Скарн уходило на бешеные усилия накупить от имени «Шахт Бульдога» как можно больше наговорных камней. Располагаясь в промышленной столице, в Заксаре, «Шахты Бульдога» уже закупили имеющийся запас талисманических товаров у самих производителей. А владея Новым Арваром, городом, не тронутым Гоблинской Войной, она обладала неограниченными ресурсами для бартера.
