Обретя опору под ногами, я поправила одежду. Мое сердце колотилось так сильно, что становилось удивительно, как вампир еще не поинтересовался в порядке ли я? Ведь такой ритм мог навести на мысль о сердечном приступе. Но виной тому была не борьба, а близость с этим мужчиной.
Отвернувшись и сделав несколько шагов от Брессера, я провела рукой вдоль тела, и мои пальцы дотронулись до кожаных ножен с кинжалом, которые я расположила на бедре. После нападения и приобретенных воспоминаний во мне выработалась привычка – все время быть вооруженной.
Выхватив кинжал, я с разворота метнула его в вампира, целясь прямо в лицо.
Все произошло так быстро, что во мне даже не успели зародиться сомнения. Он с поразительной точностью схватил кинжал прямо за острие.
– Я знала, что ты его поймаешь. – Оповестила Ричарда я, заметив его озадаченный взгляд. – Мне было интересно… О небеса, твоя рука! – Видя, как струйки темно алой крови побежали по его запястью, омыли острие и упали на землю.
Почему он продолжает сжимать кинжал?
– Я понимаю твою любознательность. У тебя не достаточно опыта и я готов восполнить его.
– Не забывай, я была когда-то такой же и у меня много полученных знаний. – Проговорила я, а у самой все внутри похолодело, наблюдая, как кровавые капли дошли до закатанных рукавов рубашки.
– Да-а, – протянул он, изогнув губы в полуулыбке. – Но я безмерно рад, что познать проклятье в полной мере ты не успела.
– Другими словами, ты рад, что меня убил Грегори?
Словно хищный зверь, он медленно приблизился ко мне, останавливаясь в считанных сантиметрах. Чересчур близко. Стало не по себе и меня одолело дикое желание сделать шаг назад, но я не посмела поддаться слабости.
– Не будь глупой! Ты знаешь, что это не так. Я бы никогда даже мысли не посмел подобной допустить! – Брессер звучал тихо, грозно, без намека на усмешку. – Радоваться смерти и избавлению от проклятия – вещи совершенно разные.
Внезапно, он опустился на колено. Убрав следы крови с кинжала – вытерев его о свои брюки, Ричард потянулся к разрезу на моем платье. По спине промчалась волна мурашек. Я почувствовала, как его пальцы обожгли кожу в мимолетном прикосновении, от чего я содрогнулась еще сильнее. Он вернул кинжал на место.
– Идем. Ты замерзла. – Проговорил вампир поднимаясь.
Он заметил мою дрожь и вдобавок к неконтролируемым мурашкам прибавился румянец. Мне было совершенно не холодно, даже наоборот. Но я промолчала, послушно следуя за ним.
– Ричард, – прочистив горло, позвала я мужчину. – А так ли мне необходимо оставаться у Анны?
Он глубоко вздохнул и, не оборачиваясь, проговорил:
– Только пообещай, что не исчезнешь, и будешь приезжать каждый день к назначенному времени.
Ну конечно, я же необходима Анне. Только и всего. Даже любопытно, что еще она решить у меня взять? Еще крови? Может пробу слюны? Волос? Она говорила о том, что все мы связываем ее с прошлым и помогаем заглянуть в него… Но что это значило? Как это работало?
Задумавшись, я не сразу заметила, как Ричард остановился, и едва ли не врезалась в его спину
– Карнелия? – Обернулся он и теперь я могла смотреть в его голубые глаза, слегка прищуренные и смотрящие на меня с недоверием. Я глубоко вдохнула и позволила аромату, исходившему от него, заполнить мои легкие. Хвоя и мята расслабляли.
– Да. Обещаю.
– Ц-ц-ц, и почему я тебе не верю? – Цыкнул он, скрещивая руки на груди и наклонив слегка голову.
Я передразнила его позу и в той же манере ответила:
– Потому что у тебя проблемы с доверием и масса нерешенных психологических проблем.
За столько лет он не переборол себя. Даже наоборот – Ричард закрылся еще больше. Вместо того чтобы жить и дышать полной грудью, смотреть в бескрайнее будущее, он был занят тем, что прозябал в глубинах своей памяти… Тоскуя о невозвратном.
Его одолевала не гордость и нежелание бороться с насущной эмоциональной проблемой. Нет. Это был страх показать свои слабости. Показать себя настоящего. Да, я действительно понимала его. Ведь и мое молчание всегда было ширмой от жестокого и несправедливого мира, но вместе с тем было самым громким и душераздирающим воплем, молящим не оставаться одной…
– А ты, оказывается, еще и в психологии разбираешься? Похвально, дикая роза. Но спешу огорчить, мне не требуется промывка мозгов. Анна в свое время неплохо справилась с этим.
Анна. Ну конечно. И как я могла забыть?
– Карнелия… – Раздался голос Клэйтона.
Ну почему он вечно не вовремя? Ричард отступил на шаг, и мы обернулись на идущего к нам моего бывшего мужа. Он тоже не изменял себе – вечно во всем бардовом. Интересно, а ему было принципиально всегда носить оттенки красного?
– Стоунтбери, а твой гардероб тоже часть проклятья? – Окинув Клэйтона с ног до головы, усмехаясь, спросил Ричард Брессер.
Мы подумали об одном и том же, и я не смогла сдержать смешок.
Зрачки Клэйтона расширились, а из ушей чуть ли не повалил пар. Быстро же его можно вывести из себя. Так выглядела его стабильность – всегда в красном и распаляться за считанные секунды.
