Я пересек вестибюль, толкнул дверь с пришпиленной табличкой "Для сеньоров" и очутился в самом хвосте длинной, как змея, очереди, человек, этак, из двадцати. Я решил подождать.
Каких только персонажей не встретишь в сортире. А началось все с того, что за моей спиной что-то громко звякнуло о кафельный пол, после чего послышался раздраженный возглас: "Вот срань господня!". Я обернулся и увидел пьяного в сосиску багроволицего старикана - типичного полковника британских колониальных войск, - который уставился выпученными глазами на мои туфли - так мне показалось. Я быстро посмотрел вниз. У моих ног валялся портсигар. Полковник в нерешительности возвел на меня глаза и взмолился:
- Извиняюсь, вас не очень затруднит...
- Нет, что вы.
Я нагнулся и вручил ему портсигар.
- Спасибо, юноша, чертовски мило с вашей стороны.
- Надеюсь, ничего не разбилось?
- А? О, нет... нет. - Он раскрыл портсигар, осмотрел сигареты и протянул портсигар мне. - Хотите?
- Нет, спасибо, я не курю.
- А огоньку у вас случаем не найдется?
Я вручил ему коробок спичек и полковник закурил, мигом заполнив туалет терпким запахом сизого и едкого дыма. Потом упрятал мои спички в свой карман. На нем был белый полотняный пиджак со светло-зеленой бабочкой в черную крапинку. Выглядел он упившимся в сосиску. Жиденькие седые волосы были всклокочены, мешки под водянистыми, налитыми кровью глазами свисали на щеки. Словом, типичный забулдыга. Ни разу не посмотрев мне в лицо, он вдруг спросил:
- Слушайте, а вы случаем не сын Уезерби?
- Нет, боюсь, что нет...
- Странно, вылитый Уезерби - те же глаза и волосы. А что вы здесь делаете? Вы знакомы с Оньоном?
- Да. В марте мы летели вместе с ним из Лондона.
- Понятно, - буркнул он и погрузился в пьяное молчание.
Бедняга с минуту безуспешно пытался попасть концом сигареты в свой рот, потом, оставив безнадежные попытки, пробурчал:
- Сто лет уже не видел Уезерби... прямо после истории с Баллантайном. - Он поцокал языком и потряс головой. - Грязная история... жутко грязная.
- В самом деле? - вежливо поинтересовался я.
- Что? А, да. Премерзкая история. Но поделом мерзавцу - он получил по заслугам...
Очередь продвинулась вперед, и вскоре мы оказались с полковником в соседних писсуарах. Ему потребовалась добрая минута, чтобы разобраться в ширинке, и ещё столько же, чтобы извлечь на волю член, поэтому я, закончив первым, уже успел вымыть руки и приводил себя в порядок, когда он проковылял мимо и вышел из туалета.
Я вытирался бумажным полотенцем, когда кто-то потрогал меня за плечо.
- Это ваш? Вы забыли на писсуаре.
Я оглянулся и увидел полковничий портсигар.
- Да, спасибо, - сказал я, не желая вдаваться в объяснения.
Я причесался и вышел в холл. Патрика там не оказалось. Подумав, что он вышел наружу подышать, я решил сперва отыскать полковника. Найти его сложным не представлялось. Вместе с кучкой таких же забулдыг он торчал возле стойки бара в гостиной. Точнее было бы сказать - возлежал на стойке.
Я подошел к нему и вручил портсигар. Полковник близоруко уставился на него, потом перевел затуманенный взор на меня, прищурился и наконец расцвел.
- А, это ты, мой мальчик. Чертовски любезно с твоей стороны. Чертовски любезно. Э-ээ, ты должен познакомиться с моей женой. Эй, Милдред, познакомься с этим милым юношей. Это сын Уезерби.
Маленькая седоволосая женщина с приятными чертами лица приветливо улыбнулась и протянула мне руку.
- Очень приятно. Как поживает ваш папа?
Я открыл было рот, желая сказать, что старый дуралей ошибся, но она быстро продолжила:
- Мы уже семь или восемь лет не встречались с вашим замечательным папочкой. Я была страшно огорчена, когда мы узнали про этот несчастный случай. Надеюсь, он уже поправился?
- Да, у него все в порядке, - услышал я со стороны собственный голос.
- Вы ещё не знакомы с нашей младшей дочерью. Клариса, это сын лорда Уезерби. Его зовут... э-ээ...
- Рассел, - подсказал я.
- Ах, да, - немного неуверенно произнесла она. - Странно. Почему-то у меня в голове засело имя Джереми. Может, так зовут вашего брата...
Я кинул взгляд на Кларису, и остолбенел. Вот это бомба! Ракета! Секс из неё так и сочился. Высокая, крепкая, длинноногая и цветущая. Настоящая валькирия.
- Я очень рада, - пропела она, вцепившись в мой локоть железными пальцами - с такой хваткой ей ничего не стоило удержать на скаку необузданного жеребца.
Потрясающая деваха - вьющиеся каштановые волосы до плеч, точеные ножки. Белое хлопчатобумажное мини-платье безуспешно пыталось удержать в себе роскошную пару грудей, но силы были явно неравны. Эх, только бы она не раскрывала рта.
- Папулькин! - позвала Клариса.
Старикан беспробудно спал, привалившись к стойке.
- Папулькин, я же тебя зову!
- А? Что? - ошалело встрепенулся полковник. - Как, вы ещё здесь, молодежь? А почему бы вам не повеселиться где-нибудь?
Дай я тебя расцелую, золотой ты мой!
- Прогуляйтесь на бабри... брабе... Словом, сходите туда, где чего-то жарят, и...
Он уже снова спал.
Клариса хищно посмотрела на меня сияющими синими глазами.
