Проводник тут же отыскался, точнее, его обнаружил Карамурза, именитый сподвижник Тохтамыш-хана, главный его советчик. Чем приглянулся ему урус-проводник? Неужто руками-грабками ниже колен, ходить мешающими? Он их то за пояс заткнет, то шею ими охомутает. Неладно скроен да крепко сшит. Из тех, у кого в животе солома, но шапка с заломом. Узнали? Догадались? Настала его пора – завлечь купца товаром с лица, пояснил нанимателю:
– Ежели в объезд, через два дня к Москве подъедем, а прямиком и за три не управимся…
Что оставалось делать Тохтамыш-хану?
В природе все в равновесии. Каждодневно ж ежечасно. В результате дождь перестал, солнце выглянуло, ветер дорогу высушил.
Конники тохтамышевы ожили, один поворот проскакали, другой… На пятом Тохтамыш-хан поинтересовался:
– Почему скачем на юг, когда должны двигаться на заход солнца?
– Ты же самолично выбрал сей путь движения, – ответил проводник-путеводитель, забрасывая руки за уши, – но ежели что не так – не поздно поворотить назад, в лес с болотами… Определи, что важнее тебе – цель или дорога?
За последующим поворотом появились величественные развалины некоего города.
– Саркел! – торжественно возвестил всезнающий проводник, – былая неприступная столица правителя хазарского каганата!
– И кто разрушил?
– Князь киевский Святослав! Настоящий воитель! На Каспий ходил, на Кавказ ходил, за Дунай ходил, в Грецию, в Царьград-Константинополь и везде победы одерживал!
– Достаточно, – охолодил усердие урус-проводника Тохтамыш-хан, – меня интересует другое: когда, наконец, будет поворот на Москву?
– Уже близко! За местом наименьшего расстояния между Волгой и Доном, где переволок посуху всего-навсего пятьдесят верст. Многие правители пытались заменить эту сухомятину водной…
– Далее… Мое время на вес золота!
– Мечтали прорыть канал Волго-Дон новгородские ушкуйники, держащие в страхе приволжские города: Булгар, Биляр, Сувар, Сарай-Бату, Сарай-Берке…
– Дальше и побыстрее! – торопил размусольщика Тохтамыш-хан.
– Осуществил идею крымский хан Девлят-Гирей. Решив отвоевать у Ивана Грозного Астрахань, он в 1569 году на 150 гребных судах поднялся вверх по Дону до знаменитой Переволоки, где три тысячи рабов-землекопов прорыли канаву и крымско-турецкое войско за две недели вышло к Волге водным путем.[15] Весной 1697 года эта же мысль пришла в голову первому русскому императору Петру Первому. Он, даже, по сообщению Плейера, австрийского агента разведки при русской армии, лично приезжал понаблюдать за реализацией своего замысла – рытьем канала меж Доном и Волгой силами двадцати тысяч крестьян с ближайшей окрути. Но что-то помешало императору довести задумку до конца, не то казнокрады, не то завистники…[16]
– Так прорыли соединительный канал или нет?
– Прорыли! Четыре года подряд многие десятки тысяч комсомольцев по призыву коммунистической партии трудились на великой стройке двадцатого века и в 1952 году канал Волго-Дон имени Ленина был окончательно завершен русско-грузинским осетином Сталиным!
– Ты ничего не путаешь? Ныне-то какой год на земле?
– Смотря по какому календарю отсчитывать: мусульманскому, григорианскому, юлианскому, от сотворения мира, от рождества Христова, от основания Рима, по лунному календарю, по солнечному, настольному, настенному, отрывному, перекидному, астрологическому! По любому смогу пересчитать быстро и убедительно. У меня очень хорошая память, уважаемый хан, ежели что где услышу – не позабуду.
– С чьих слов?
– Со слов яснослышащих, ясновидящих… К ним донесения без запозданий доходят. Со всего света. Через рупор времени.
Тохтамыш вздохнул. Только-только избавился от услуг своих звездочетов-прорицателей, а урусский заменитель тут как тут… Спросил у него:
– Чего коня стопоришь?
– Так, ведь, яблоки на пути!
– А то мы яблок не видели! И намалганские, и алмаатинские, и райские, и китайские…
– Наши особенные: антоновские, мичуринские, молодильные… Хоть ты и хан Золотой, Синей и Белой Орды, а насобирай яблочек впрок… Пригодятся для мужской могути. За каждое живое молодильное яблочко китайский император отдает яблоко слепленное из настоящего золота, а тебе задарма достается. И не падалицу бери, а с живого дерева. Давай-ка, я тебе подсоблю, ветку с яблочками пригну – с наливными, спелыми, с румяным бочком, с двумя румяными бочками, а с червячками – самый смак!
– Кислятина… – отведав, отреагировал Тохтамыш-хан.
– Зато много пользы. Отчего русский мужик крепок лбом и задним умом? Оттого, что вкушает яблоки молодильные. И ты рви-рви да за пазуху клади. После гостевания в юрте у любимой ханши спасибо-рахмат скажешь… – нахваливал дармовой придорожный товар проводник-путеводитель, в миру – наш старый знакомец Федор Шиловец, радуясь, что охомутал Тохтамыш-хана на три четверти часа по любому времяисчислению. Ольг Иваныч, князь рязанский, рад будет, на войне каждый час на вес золотого яблока молодильного.