— А ты считай их рапорты как явку с повинной. Учитывая, что они закон все же нарушали в значительной части под давлением со стороны начальства. Расследования их собственных правонарушений, безусловно, провести нужно будет, но если они лишь по мелочи провинились… у нас же других-то милиционеров просто нет. А эти, когда вся зачистка закончится, в подавляющем большинстве предпочтут далее не правонарушать: им так спокойнее будет.
— Ага, как же! То есть местами да, большинство предпочтет работать уже честно… некоторое время. Но по Украине, Армении — там же всех поголовно почти просто сажать нужно! И в меньшей степени в среднеазиатских республиках, а уж в Ошской области хоть армию вводи!
— Нужно будет, так введем и армию. Но пока у нас забота другая: если от деталей абстрагироваться, то мы должны всего лишь нарушить связи местного криминалитета с местной же властью. Для начала — именно связи, а потом мы их поодиночке раздавим. Так что сейчас нужно чистить именно руководство, на нижнем уровне у них все же связей практически нет. И чистить жестко: если придется стрелять, то патронов точно мы жалеть не станем.
— Ну, патронов-то не жалко. Вот только уже сейчас приличное количество тех, для кого их не жалко, начало по заграницам разбегаться. И уже есть сигналы, что под новыми личинами по стране разбегаются, ну те, кто помельче. Что-то в последнее время многовато бланков паспортов портить в паспортных столах стали…
— Нам же проще: раз убежал, то, считай, признался в преступлениях. Мы их в полном соответствии с законом осудим… а я надеюсь, что Павел Анатольевич не забыл, как врагов нашей страны и за границей можно… наказать.
— Он уже… старый.
— Но молодым-то опыт передавать не забывает? Да и старые его… специалисты еще не настолько старые. Я, например, их немало даже лично знаю. А припрет, так и сама за работу возьмусь.
— Ну да, ты можешь… но тебе нельзя. Точно нельзя, у тебя работа другая. И уже понятно, причем не мне одной, что кроме тебя ее никто просто не сделает.
— Незаменимых людей нет!
— Тоже верно, но есть незаменимые идеи. И пока ты свои идеи другим людям не передашь, причем в полном объеме… Меня поставили сюда, чтобы тебя беречь, и уж поверь, я тебя сберечь сумею. Если ты, конечно, не будешь слишком уж сильно этому сопротивляться…
На самом деле товарищ Ким в отношении звания Лены не ошибся, точнее, немного ошибся, но в основном тут напутали все же советские переводчики, ведь указ о ее награждении пришел по уже проложенной линии компьютерной связи, и пришел он на корейском. А Лена ведь в Корее форму ни разу не надевала, просто сообщила (тому же Киму и тем офицерам госбезопасности, с которыми работала), что носит звание генерал-майора. А в корейской армии звания целиком соответствовали должности, и советский генерал-майор по должностным параметрам соответствовал корейскому генералу (хотя в Корее вообще слова «генерал» мало кто знал)… в общем соответствовало званию «Юнг Юнг». Но такой генерал носил погоны с двумя звездами, а одну звезду там носил «Соджанг», эквивалентом которой в Советской армии был довоенный комбриг. Но Лена-то не была комбригом, однако когда наши переводчики прочитали в указе слова «Юнг Юнг», то, скорее всего, посмотрели в справочнике, подсчитали количество звезд на погонах и честно перевели это звание как «генерал-лейтенант». И об этой ошибке посольские из Пхеньяна сообщили уже через пару дней, но постановление о присвоении Лене очередного звания уже опубликовали и никто его отменять не стал. Тем более не стал, что должностных обязанностей Лене поднавалили побольше, чем какому-нибудь генерал-полковнику…
Генерал-лейтенант Суворина немного нервничала, докладывая генерал-полковнику Судоплатову о последних полученных результатах:
— После того, как в Японии начались показы по телевизору соревнований по боевым искусствам, мы с полной уверенностью можем говорить о том, что Светлану Владимировну обучали в том числе и японские специалисты, или же наши, но очень хорошо японцами подготовленные. Практически не вызывает сомнений, что ее обучали японским упражнениям, известных под названием «движение тела», которые в Японии изучают во множестве различных школ: и джиу-джтцу, и каратэ, и некоторых более экзотических. Какое именно направление изучала она, мы сказать не можем… точнее, не можем точно сказать, но определенные выводы можно сделать, исходя из того, что по части именно боевых приемов она демонстрирует навыки, изучаемые в школах, известных под общим названием «Нить Востока», причем — и в этом у нас сомнений нет ни малейших, в наиболее жесткой… то есть в традиционной форме.
— И как вы пришли к этому выводу?
