Однако про эту экспедицию я узнала лишь благодаря сообщению по радио, у меня других дел было невпроворот и за космическими достижениями я вообще не следила. Тем более, что после моих пояснений Совмин выделил Челомею нужные средства на строительство и «грузовиков», и пилотируемых кораблей (пока у Королева испытания не закончатся, других пилотируемых кораблей в Союзе просто не было), так что мне «выжимать бюджет Комитета» не пришлось. Но, хотя финансовый поток в казну Комитета заметно вырос, денег на все новые программы все равно не хватало и мне пришлось очень серьезно закопаться в новые проекты, стараясь распределять поступающую копеечку так, чтобы никакие программы не тормозились. То есть мне очень хотелось, чтобы не тормозились – но получалось это неважно.
А денег стало больше благодаря итальянцам. Все же у «Оливетти» инженерный состав был довольно неплохой, и они на основе наших микросхем разработали очень удобный «бухгалтерский» калькулятор. От тех, что на заводах Комитета производились, он отличался «принципиально»: циферки не только на дисплее показывались, но еще и печатались на бумажной ленте. Там вообще все печаталось: то, что операторы на клавиатуре набирали, промежуточные результаты, весь ход вычислений – и именно бухгалтерам это позволяло в случае какой-то ошибки (люди же, бывает, просто не те кнопки нажимают) глазками проверить все расчеты и пересчитывать все не с самого начала, а с того места, где ошибка возникла.
Ну а чтобы наводнить рынок такими удобными машинками, они подписали контракт с Внешторгом на поставку им ежемесячно по сотне тысяч комплектов всех необходимых микросхем и вообще всех полупроводников, а там суммы набегали свыше двенадцати миллионов. И я тихо радовалась, что они заказывали только комплектующие: с производством нужного им количества тех же печатных плат советская промышленность просто не справилась бы. На имеющихся мощностях не справилась бы – и поэтому довольно много средств уходило на создание новых «мощностей».
И не только по печатным платам: Брянский телевизионный уже окончательно зашивался, не успевая ни план по ТНП выполнить, ни программу по производству мониторов для вычислительных систем. Чтобы все же в обозримые сроки выйти на плановые показатели, завод начал строительство сразу двух филиалов, в Почепе и в Карачеве, а филиал – это новые рабочие, новое жилье для них, новая городская инфраструктура. То есть создание нового филиала – это очень немаленькие деньги, даже если не считать стоимости самих заводов. Хотя последние должны были строиться все же за счет союзного бюджета, бюджет этот выделили исключительно на строительство, а все оборудование почему-то нужно было Комитету за свой счет доставать. То есть понятно почему: кто-то решил, что на новые заводы (то есть в филиалы старых) оборудование со старых и переставят. Наверное, чтобы «освободить площади для расширения производства», но каким образом свободные площади это обеспечат, никто и не подумал. Я, когда увидела в бюджетах на постройку двух филиалов телезавода сметы на перевоз оборудования, не выдержала и поехала за объяснениями к товарищу Струмилину в Госплан. Ну что, узнала, что Станислав Густавович Великим и Могучим владеет в совершенстве, а если самую могучую часть из его объяснений удалить, то выяснила, что и в Госплане идиотов хватает, а за каждым ведь не уследишь – однако после утверждения очередного плана быстро в него корректировки внести невозможно, и особенно невозможно, если требуется дополнительное финансирование потому, что и без того везде постоянно идут перерасходы средств.
После этого мы с ним примерно час обсуждали тезис о том, что за каждым уследить не только можно, но и нужно – причем больше по технической части прения шли. И в конце беседы Станислав Густавович открыл мне «страшную тайну»:
– Светлана Владимировна, я могу вам подсказать одну лазейку, и, надеюсь, вы сможете ей грамотно воспользоваться. У нас по отраслям, занимающимся производством ТНП, цикл учета финансов составляет примерно девять месяцев, это кроме сельского хозяйства, где финансовый цикл в среднем чуть меньше года. Но вот, скажем, в ряде артелей, например в кооперативных заводах по выпуску мебели – это я строго для примера говорю – полный денежный оборот составляет меньше полугода, и они за год успевают деньги обернуть дважды или даже больше, и получают таким образом двойной общий доход. Конечно, при установленной для кооперативов норме доходности богатеями они не становятся, главным образом из-за низкой производительности труда, но на ваших-то предприятиях производительность, как я понимаю, высочайшая! К тому же, если учесть, что у вас и норматив накладных расходов такой высокий…
