Закончив с ванными процедурами, девушки внесли в комнату большое ростовое зеркало, а также выбранное ранее платье и все прилагающиеся к нему украшения. Стоит сказать, что Ренли славно расстарался в стремлении угодить своей суженной, обеспечив её подобающим для жизни в столице гардеробом на ближайшие годы, как минимум. Ранее перед её удивленным взором предстали десятки платьев разного фасона и кроя, из всех известных тканей и цветов. Такое же многообразие было и с ювелирными украшениями. За те деньги, что Ренли потратил на свою невесту, можно было купить неплохое поместье в Вольных городах. Аша расчётлива и меркантильна, как и большинство железнорожденных, и мысль, что на девушке и её красоте будущий муж не собирается экономить… пришлась ей очень даже по вкусу.
Приготовления шли полным ходом, а мысли Аши всё никак не унимались. Сильный телом, умом и духом муж, который знает, чего хочет. Его любовь и доверие. Богатства, титулы, земли, власть и влияние, которых вскоре станет ещё больше. В этом Аша нисколько не сомневалась, как и в самом Ренли, как и его словах. Война, значит война. Против кого и так понятно. Но… для полного счастья всё-таки кое-чего не хватает. На последней мысли Аша машинально провела рукой по животу в иррациональной надежде почувствовать зарождение новой жизни. Дочь кракена не была уверена, что станет хорошей матерью, независимо от того, будет мальчик или девочка, да и вообще эта роль и попытка себя в ней представить каждый раз вводили её в тихое смятение. Но в одном она уже была совершенно точно уверена — ради него или неё она готова бросить вызов всему миру.
— Аккуратно… — шикнула одна из фрейлин на подругу, выдернув этим Ашу из размышлений.
Из всего прекрасного многообразия почти сразу было выбрано и дожидалось этих предрассветных часов достаточно закрытое платье с широкими рукавами. Аша склонилась именно к нему, прекрасно понимая, чего от неё ждут в этот момент… уж точно не шёлковое прозрачное летнийское платье. Основная гамма предложенных девушке нарядов были выдержанных тонов, от голубого и синего, — цвета Девы, — до насыщенного чёрного, который она и выбрала. Само собой, это весьма не понравилось леди Аррен, настаивавшей на более светлых и нежных тонах, но здесь Аша продемонстрировала свою непреклонность.
Платье из атласной ткани глубокого чёрного цвета, получаемого за счёт одного из самых дорогих пигментов, с минимальной декоративной вышивкой из золота и жемчуга на рукавах, шее и подоле в виде переплетающихся щупальцев кракена. К данному платью был изготовлен и отдельный набор украшений, подчеркивающий его красоту. Золотой сегментарный поясок на талию из квадратных пластинок, усыпанных рубинами. В таком же стиле выдержанное колье в виде герба дома Грейджоев. Единственная заминка вышла с сеткой для волос, у Аши она не столь… пышная. Нашли иной вариант, золотую узкую диадему-венок от другого ювелирного комплекта.
Смотря на себя в зеркало, пока фрейлины аккуратно запаковывали её в столь непривычные для неё платье и украшения, Аша удовлетворённо улыбалась — она определенно хороша.
(референс)
— Ваш плащ, миледи!
Гвин с Гизеллой, помогая друг другу, внесли роскошный расшитый золотом и серебром гербовый плащ Грейджоев, отороченный чёрным соболем и с застежкой в виде кракена. Как не трудно было догадаться, именно под тон этого плаща Аша и выбирала себе платье и украшения.
— Пора, госпожа. — Тихо сдавленным от волнения голосом промолвила Гвин, застегнув плащ.
Аша просто кивнула в ответ, бросая последний взгляд на зеркало.
Внизу, в зале у высоких ворот, ведущих во внутренний двор, её уже ожидал отец и немногие железнорождённые лорды, не ставшие демонстративно отказываться от посещения септы Бейлора. Подле отца были лорды Харлоу, Гудбразер и Ботли, со своими свитами и вассалами, которые может и имели «своё мнение» на этот счёт, но сочли правильным его не высказывать и держать при себе. Широко и счастливо улыбался разве что лорд Блэктайд, словно это его сегодня выдают замуж.
От проскользнувшей хулиганской мысли Аша непроизвольно улыбнулась, представив лорда Бейлора в платье и венце.
— Отец, — Аша, как и полагается дочери степенно поклонилась, не пряча, впрочем, глаза и в полной мере демонстрируя отцу и лордам своё торжество и скорую смену своего статуса, — милорды.
— Дочь. — Лорд Грейджой скупо кивнул, а в его глазах мелькнуло удовлетворение при взгляде на свадебный наряд дочери. — Что ж, этот день настал, хоть и виделся он мне совсем иным. Без всей этой мишуры и пляски зелёной черни, согнанной сюда за медяки и мясную похлебку.
— Как и я, отец. — Аша понимала, о чем говорит Бейлор, как и то, что подобное было необходимым, ибо в столице Грейджоям ещё рано и непростительно глупо было бы диктовать свои условия. — Время предстать перед Утонувшим ещё настанет.
— Только это меня и радует. — Угрюмо и сухо проговорил отец.
«Только?»