– Я полагаю, что ты, Алексей Оленин, – старший офицер СМЕРШ, направленный на Дальневосточный фронт для выполнения особо важного государственного задания!
Твою ж дивизию! Мне захотелось выдохнуть во всю мощь лёгких, но с трудом сдержался. А ведь если Сергей в самом деле так решил, что не проще ли мне будет ему подыграть? Или лучше по-прежнему играть роль водилы простого, у которого одна проблема – слишком буйная фантазия? Но тогда что делать со знанием японского и каратэ? «Да, вляпался ты, Алексей, по самые причиндалы», – подумал я и принял, как мне показалось тогда, единственно верное решение. Сделал суровый голос и сказал:
– Ты абсолютно прав, товарищ лейтенант. Меня зовут Алексей Анисимович Оленин, я полковник Главного управления контрразведки «СМЕРШ» Народного комиссариата обороны. Прибыл сюда для решения вопросов государственной важности. Что же касается моей работы и должности, то это…
– Понимаю, легенда, – глядя на меня с нескрываемым уважением и даже немного опаской, продолжил опер.
– Совершенно верно. И ты, Сергей, должен понимать всю меру ответственности за разглашение сведений, составляющих государственную тайну, – я бросил на него короткий суровый взгляд. Приходится ещё и актёром быть, но что поделаешь?! Не стану же ему правду рассказывать. О том, как родился в позднем СССР, который потом развалился из-за предательства кучки окопавшихся на самом верху врагов народа, и так далее.
– Я понимаю, товарищ полковник, – с готовностью ответил мой спутник, а я ещё подумал: «Может, хватил лишку? Хватило бы и майора? А то вон куда метнул. С другой стороны, Георгий Жуков стал командиром полка в 27 лет, заняв полковничью должность, и ничего. А примеров таких очень много! Не говоря уже о Василии Сталине, который вообще это звание получил в 21 год – совсем зелёным мальчишкой!
– Какие будут приказания? – вдруг спросил Добролюбов.
Я крякнул от неожиданности.
– Сергей, давай договоримся так, – сказал я. – Каждый выполняет свою работу. У нас остаётся всё по-прежнему. Ты – командир спецотряда. Я – твой заместитель. Мы ищем китайские сокровища. Если мне понадобится решить какие-то дополнительные вопросы, скажу. Но до той поры ты ведёшь себя, как обычно. Согласен?
– Так точно, – с готовностью ответил опер.
– Вот и хорошо. Расскажи лучше, какой у нас маршрут, – попросил я и выдохнул опять. Пришлось наврать с три короба, как же я это не люблю, чёрт возьми! Но куда было деваться? Сам виноват: пострадал за длинный язык. Но есть и оправдание: кто скажет, что легко вот так оказаться в другом времени и не запутаться, не ляпнуть лишнего? Хотя чего уж теперь об этом. Придётся тянуть лямку до… не знаю. Видимо, до последнего часа в новой жизни.
– Сначала нам надо доехать до Имана.
– Что за место такое? – уточнил я.
– Районный центр. Стоит на берегу реки Большая Уссурка. Население около пятнадцати тысяч человек. Проходит железнодорожная линия Хабаровск – Сибирцево, имеется одноимённая станция.
– Так, может, пока мы от Хабаровска недалеко заехали, вернуться и пересесть на железную дорогу? Всё быстрее будет, – сказал я.
– Да, но товарищ полковник…
– Серёга, мы ж договорились! – воскликнул я и в знак раздражения даже ладонью шлёпнул по баранке руля.
– Виноват, товарищ…
– Да етить твою в коромысло!
– В общем, – встряхнулся опер, – это будет дольше, поскольку все составы сейчас заполнены военной техникой, живой силой и прочим.
– Да, ты прав, – согласился я. – Пока всё согласуем, море времени пройдёт. Так, проехали. Дальше что?
– Неподалёку от Имана есть, насколько я знаю, понтонная переправа. Через неё попадём на китайскую территорию. Дальше придётся трудновато – пойма реки насыщена протоками. Но, надеюсь, сможем преодолеть. Там наши части двигались во время начала наступления. Потом будет дорога до Мишаня. Это почти 160 километров. В город мы заедем с севера. Железная дорогая с мостом, соответственно, на юго-востоке. Видимо, там и нужно искать.
– Гладко было на бумаге… – проговорил я шёпотом.
Всё хорошо в словах товарища лейтенанта. Кроме того, что непонятно, где конкретно искать. На советской карте тот мост, как ни странно, не обозначен. О чём это говорит? Нам нужна другая карта, изготовленная иностранными, как в моём времени принято говорить, специалистами. Причём желательно японскими, поскольку у китайцев ни техники, ни опыта. Да и откуда бы им взяться в 1945 году, если страна разрушена гражданской войной и оккупацией? Это как если бы в 1921-м не советская власть победила почти на всей территории бывшей Российской империи, а она оказалась под властью немцев. Вот уж германцы высосали бы из нашей Родины все соки, как это многие десятилетия делала их империя с африканскими колониями.
А где эту карту взять? Я снова остановил машину. Вышел из неё, подошёл к студебекеру и попросил Кейдзо опять пересесть к нам. Он повиновался. На лице ничего не отразилось. Умеет же человек прятать свои эмоции! Такому позавидовать можно. Ведь мог и обидеться – я ж его, по сути, выгнал из-за недоверия. Ладно, обвыкнется. Не всё ему, иностранному подданному, знать положено.
