Будем путешествовать! Как много красивых и интересных мест, куда хочется поехать с тобой. Запасемся рюкзаками, картами, биноклями, фотоаппаратами и отправимся вокруг света пешком или на яхте. Или хотя бы на самолете…
Любимый, не уезжай! Мне плохо без тебя. Я не очень хорошо выражаю свою любовь – женщины более молчаливы и сдержаны, чем мужчины.
Извини, что редко говорю тебе: “Люблю”. Чувствую любовь всегда, но сказать, отчего-то стесняюсь. Думаю, дела говорят больше слов. Ты повторяешь: “Вначале было слово…”, “Доброе слово и кошке приятно…”, а мне неудобно говорить вслух о самом сокровенном.
Не обижайся на мои не всегда удачные шутки или замечения: женщины подчас не совсем корректны в той или иной ситуации. Знаю, что бываю занудой, требуя доверия и доброжелательности, а сама проявляю эгоизм и колючесть.
Иногда меня “заносит”, лечу, не ведая куда, не помня, что сказала. Сгоряча могу обидеть, в чем всегда горько раскаиваюсь. Остыв и спохватившись, прошу прощения, бывает, к сожалению, не сразу, а через несколько дней.
Прости, любимый, что я портила тебе будни и праздники, даже День рождения, прости, что причиняла тебе боль. Поверь, это – неумышленно! У меня никогда не было такого желания или удовольствия.
Мои шипы – от собственной ранимости. Перегруженность работой, забота о ребенке, опостылевшее недосыпание – все дает себя знать. Я видела, как ты мучился, и страдала вместе с тобой.
Любимый мой, в душе я мягкая и нежная, ты знаешь это лучше, чем кто-либо на свете. Даже мой маленький сын часто видит во мне строгую волчицу, а не добрую и ласковую мать. Увы, я должна приготовить его к жизни без моей помощи и опеки. Только наедине с тобой я раскрываюсь как цветок…
При каждой встрече ты даришь мне прекрасные розы. Мама перестала удивляться и спрашивать, от кого они, только пожимает плечами: опять какой-то поклонник… Хочу, чтобы она тебя встретила, наконец, сказала бы: “Сынок, береги мою дочку!…”
Любимый мой, любимый, любимый, любимый… Ты любишь меня, а я люблю тебя – это так просто!
Обнимать тебя каждый день, целовать перед сном, целовать утром, целовать, уходя на несколько часов или минут, целовать каждый раз, встречаясь…
Нам нельзя расставаться! Я не ревную тебя, знаю, что у меня нет повода для ревности, но разлуки мешают любви, особенно у взрослых людей, как мы с тобой.
Я готова ждать тебя, сколько придется, но мне плохо без тебя, хожу почти больная и потерянная. Тоскует душа, ноет тело…
Любимый, пожалуйста, не уезжай, давай всегда будем вместе!
Я – уставшая женщина, которая хочет любви, хочет, чтобы любимый мужчина обнял, когда плохо, и мне станет хорошо. Хочу опереться на твое плечо, укрыться твоим плащом… Хочу идти с тобой по улице и, встречая друзей, говорить: “Это – мой любимый, познакомьтесь!”
Не уезжай!
Я не могу больше жить одна, снова и снова искать, надеяться, ошибаться, расставаться, начинать все сначала. Хочу каждый день твоей любви, постоянства, доброты, понимания.
Люблю тебя! Вопреки всем трудностям и преградам! Вопреки всему! Хочешь я приеду к тебе? Брошу все – работу, дом, друзей, и приеду. Мой сын все поймет, поедет со мной, будет рад, что я встретила своего мужчину, мужа. Он хороший, тебе не будет с ним трудно. Он любит меня, значит, полюбит тебя. Мы начнем новую большую жизнь, полную радости и счастья, полную света, улыбок, ласки и нежности! Хочу быть с тобой всегда, в горе и радости, каждый час и каждый миг!
Не уезжай!
Обернись!!!
19. Двое в баре
Золотистая айва с упругой кожицей и нежной мякотью пахла душистыми летними травами и нагретой солнцем землей. Ашот вспомнил озеро Севан, горы Армении, Ереван, вздохнул и разрезал айву пополам, потом еще раз пополам, отделил острием ножа семечки, нарезал четвертинки ровными дольками и покидал их в широкогорлую бутыль, на треть наполненную такими же дольками, только более бледными, долил бутыль водкой “Абсолют”, осторожно, чтобы не задеть мраморные шарики на дне, перемешал стеклянной химической лопаткой и, поднатужась, поднял бутыль на полку, где уже стояли в ряд такие же бутыли с бронзовыми краниками.
Ашот по праву гордился плодами своего труда: разноцветными водками, настоенными на айве, лимоне, клюкве, шелковице (она же – тутовник), землянике, смородиновых почках, чесноке, кедровых орешках.
