Он ласково скользил губами по моему лицу, рука поглаживала мое колено. Я наслаждалась его прикосновениями. Обнимая меня одной рукой, второй он коснулся моего лица, повернул, и коснулся своими губами моих. Расслабленность пропала. Когда он начал целовать меня более напористо, я вдруг поняла, к чему все идет. Я распахнула глаза, закрывшиеся сами собой во время поцелуя. А когда рука его скользнула мне под майку, я испуганно отпрянула. Если бы Петька не среагировал, я бы приземлилась на пол, но он меня удержал.
- Олесь, ты чего? - удивился он. Я покраснела и мотнула головой. - Леся, тебе неприятно? - он пытался заглянуть мне в глаза, но я отводила взгляд. Ах, блин. Мне было очень неловко. - Да хорошо тебе было, - пробормотал он себе под нос. - Солнце, в чем дело?
- Я...- как об этом говорят? - Ну...
- Я ничего не понимаю. Можно по-русски?
- Блин, Петька! - рассердилась я.
- Да что?! Олеся! - я почувствовала, что щеки горят огнем. - Говори уже!
Я была не в силах выдавить хоть слово, и мне осталось смотреть на него и хлопать глазами, надеясь, что он сам все поймет.
- Ты не хочешь торопить события?
- Вроде того, - промямлила я, пряча лицо у него на груди.
- Вроде? Что ж ты у меня робкая, как девственница, - он замер. С вопросительной интонацией протянул. - Олесь?
Я молчала.
- Олеся, ты что?.. - он растерянно замолчал. Я тоже молчала, но потом поняла, что он в ступоре и выдохнула, все так же пряча лицо:
- Ага.
Петька явно пребывал в шоке.
- Как?! У тебя же парень был, как его? Сашка?
- Сашка, - кивнула я, прижимаясь к груди уже не лицом, а щекой.
- И что?
- И ничего.
- А Эльм?
- Что Эльм? - мне не хотелось его вспоминать.
- Не знаю, что там был за Сашка, но Эл-то как не?... ну... ну, ты поняла.
Действительно, а как так вышло? Я задумалась.
- Он меня не торопил.
- Эл не торопил? - Петька явно был изумлен.
- Петя, - пробурчала я.
- Да мне реально не понятно. Вы же вроде встречались?
- Вроде, - опять кивнула я.
- И?
- Петь, да там вообще все как-то странно было. Мы и не встречались толком. Он как будто на меня права заявлял и все.
- А ухаживания и все прочее?
Я подумала.
- Да не было такого.
- Странно.
- Петя, мы его сейчас обсуждать будем?
- А? Нет-нет, солнце, - он рассеяно погладил меня по руке. Потом очнулся. - Я от тебя в шоке, милая.
Я поджала губы и сердито на него посмотрела.
- Милая, я просто как-то до сих пор не понимал, какая ты у меня маленькая.
- Чего? - возмутилась я. - А сейчас ты чем занимался? Совращением малолетней?
- Веришь? Чувствую себя, как будто, так и было, - он засмеялся и чмокнул меня в нос. - Хозяйка, ты чаем то гостя поить собираешься? - а про чай я совсем забыла. Я скользнула с его коленей.
- Он остыл. Пойду, чайник поставлю.
- Пойдем, - задумчиво разглядывая меня, кивнул Петька, и отправился за мной следом.
Я пристроила чайник на плиту, зажгла газ. Хотела сесть на стул, но Петька потянул меня к себе и пристроил на свое колено.
- Теперь твое место здесь.
- Ты уже командуешь? - съязвила я.
- Я напоминаю, - он ласково улыбнулся.
В комнате мы дурачились, периодически отвлекаясь на поцелуи. На большее Петька не намекал, ни словами, ни действиями. От этого я расслабилась, и было мне хорошо. Легкость в наши отношения вернулась, просто обрела какой-то новый нюанс. Но Петька не забыл о нашем разговоре, и, отвлекая меня легкими поцелуями, потребовал:
- Я жду подтверждения.
- Какого? - мой мозг представлял собой туман.
- Ты так и не сказала, что согласна.
- На что? - не могла сосредоточится я.
- Олеська, ты все-таки будешь моей девушкой?
- А.. - протянула я. - А для тебя это так принципиально?
- Как сказать. Все же целовать свою подругу, это одно, а вот свою женщину...
- Что значит женщину? - надула я губы.
- Ну, да, - Петька хмыкнул. - Девушку. Ты тот редкий случай, когда все значения этого слова совпадают, - и засмеялся.
- Что смешного? - я ткнула его кулаком в бок.
- Это я от счастья, - и он засмеялся снова. - И я не слышу "да".
- Да, - недовольно сказала я.
- Это нужно говорить со счастливой интонацией, - решил он меня поучить. А потом добавил. - И отметить поцелуем, - Петька снова притянул меня к себе.
Нинка, наблюдавшая наше прощание, была потрясена. Она на нас не особо обращала внимание, погруженная в какие-то свои, похоже, не очень веселые, мысли. Но когда в прихожей Петька стиснул меня и начал целовать, словно прощались мы на год, это сложно было пропустить.
Едва за ним закрылась дверь, Нинка утащила меня на кухню.
- Что я опять пропустила?
Я вздохнула.
- Олеська, а как же Эльмир?
Я сжала губы и отрезала:
- Не напоминай мне про этого гада больше.
- Похоже, пропустила я много.
- Не хочу говорить об этом. Все так запутанно, что я и сама не все понимаю, - жалобно поделилась я.
- Ладно, - вздохнула Нинка, - захочешь, расскажешь.
Я присмотрелась к ней:
- Нин, а ты чего такая? Что-то случилось?
- Ничего, нормально все, - отмахнулась подружка.
В понедельник я пришла на занятия в боевом настроении. Я понимала, что Эльмир сам разорвал то, что было, но почему-то мне не верилось, что он никак не даст о себе знать. К моему удивлению, он не появлялся.
