Моей крестная была матушкиной подругой. Она второй раз вышла замуж за английского «пера», уехала из России и жила в Европе на два дома: Англию и Францию. Мужу ей сосватала тетушка моего родителя, покинувшая родные берега еще при матушке Екатерине. Я предполагал, что скоро придет известие и о помолвки матушки с каким-нибудь британским «пером» или «сером», хотя возможно что и с французским «де».
После 14-ого декабря матушка не выезжала и никого не принимала, а когда свалила в Европу, то сделала это «по-английски», то есть ни с кем не попрощалась.
До семейной катастрофы княжну Анну в свет вывозили, она даже два раза танцевала с будущим Самодержцем Всероссийским, о чем-то с ним даже беседовала и какое-то время считалась видной и перспективной невестой, но её «репутация» быстро оказалась испорченной, когда неожиданно для сводниц всех мастей в резких выражениях отшила пару раз предложенных кандидатов.
Подруг особых у неё в свете не образовалось, княжна хотя и «не училась в академиях», но глупым книгам и журналам, популярным у девиц своего круга, предпочитала книги по современной, для 19-ого века, биологии и медицине. На этой почве она и познакомилась с Матвеем года лет пять назад. Отношения у них долго были чисто дружеские, но сплетни появились сразу же как княжна отшила претендентов.
В отсутствие брата Анна Андреевна совершила несколько визитов, но встречена была очень холодно. Княгиня Елизавета Павловна отбыла из России не просто внезапно, она еще вдобавок ко всему ни с кем не посоветовалась и не попрощалась, и матушкины великосветские кумушки были на неё очень обижены. А тут еще и Матвей зачастил гости в княжеский дом и уехал вместе со молодым князем. Вывод был сделан однозначный и высший свет встретил княжну Анну подчеркнуто холодно.
Правда как всегда из любого правила оказались исключения. Неожиданно в свет начала выезжать древняя старуха, семидесятилетняя графиня Евдокия Семеновна Комарова, вдова первого командира, а потом и друга, деда — князя Алексея Андреевича. Её все уже считали давно почившей, а она спокойно доживала свой век в одном из имений под Вологдой.
Ту же пошли слухи, что в оживший от многолетней спячки графский дом дважды зачем-то тайно приезжал Государь и к старухе зачастили гости.
В очередной раз получив щелчок по носу, причем там где она никак не ожидала, в салоне княгине Авдотье Ивановны Голицыной, расстроенная княжна Анна решила ехать домой. Но неожиданно её остановила незнакомая девушка. Поздоровавшись и учтиво извинившись, она спросила:
— Вы княжна Анна Андреевна Новосильская? — Анна видела эту девушка стоящую рядом с какой-то древней старухой и только из уважения к сединам ответила, хотя первое желание было молча пройти мимо.
— Да, — девушка очень мило улыбнулась и сделала приглашающий жест.
— Их сиятельство графиня Евдокия Семеновна просит вас присоединиться к ней.
Старая графиня похоже политесы уже соблюдать не считала нужным, поэтому сразу сказала.
— Ты, голубушка, на этих светских дураков и дур не обращай внимание. У курицы ума больше, чем у них. Они ведь и правда решили, что самые умные, красивые, талантливые, что без них тут никуда, — старая графиня засмеялась, но её смех быстро перешел в кашель, справившись с которым она продолжила.
— Им сначала твоя матушка по носу щелкнула, когда внезапно в Европу укатила, а уж когда слух пошел что ты замуж собралась за безродного лекаря! — старуха всплеснула руками. Княжна Анна не ожидала такого поворота в речах старой графине и почувствовала как у неё загорелось лицо и шея.
— Ишь ты, прямо как огонь вся стала, значит не сплетня, — старая графиня от удовольствия даже потерла свои дряблые морщинистые ладошки. — Вот они и бесятся, особенно графиня Мария Дмитриевна Зотова, ты же и её сыночка отшила. А Матвей Иванович достойный человек и лучше за него выйти.
Графиня закрыла глаза и казалось перестала дышать, княжна Анна даже растерялась, не зная как ей правильно поступить. Но после длинной паузы старуха открыла глаза и очень добро опять заговорила.
— У Матвея Ивановича не только твой дед под Бородином на руках умер, но и мой муж, — голос графини Евдокии Семеновны дрогнул. — Ты завтра, часика в три, приезжай обедать, мне старой приятно будет, а я тебе много чего интересного расскажу.
Княжну Анну старая графиня приняла очень сердечно и еще раз расспросила обо всех её светских неурядицах.
— Я Матвея и твоего брата в путевом дворце в Твери видела, он меня старую не узнал, хотела окликнуть, да они как ветер умчались. А брат твой вылитый дед, я как увидела прямо ахнула, мы ведь с ним познакомились когда ему то же шестнадцать было. Богатырь был, умница, а красавец, по нему все с ума сходили, красивее его только мой муж был.
Евдокия Семеновна улыбнулась и смахнула набежавшую слезу.
