Счет опиумных наркоманов по всей стране начинает идти на миллионы. Это зло поражает все слои и сословия Южного и Срединного Китая, проникает в среду чиновников и армию. Даже в наших краях уже есть на той стороне опиумные наркоманы и в редкую стёжку эта публика появляется и в Кяхте.
Воспрепятствовать этому я не могу никоим образом, но сыграть на знание истории предстоящей первой опиумной войны вполне можно.
Мои ставки на дату достижения положительного торгового баланса и вероятность отмены монополии Ост-Индской компании сыграли. Что было очень кстати, кубышка значительно пополнилась.
Денежные мешки Лондона чуть ли не пинками начинают толкать своё правительство на путь силового решения «китайского» вопроса: отмены «изоляции» Китая и захвату какого-нибудь острова у его побережья как оплота свободной коммерции.
Эта «деликатнейшая» миссия поручается Уильяму Джону Нейперу, 9-ому лорду и барону Нейперу.
Друг семьи Нейпера, министр иностранных дел лорд Палмерстон, назначает его первым главным суперинтендантом торговли в Кантоне.
Прошлым летом Нейпер прибывает в Китай и прет буром на китайского генерал-губернатора. Время таких разговоров с китайскими чиновниками еще не пришло и лорд послан очень далеко.
После этого он, будучи самоуверенным и неграмотным профаном в дипломатии и коммерции, решил своей властью начать войнушку.
Два имеющиеся в его распоряжении фрегата немного безуспешно повоевали, но получили отпор и ретировались. Лорд-неудачник заболел тифом и осенью 1834-ого года умирает в Макао, порткгальской колонии в Китае.
Я не мог упустить такую возможность и моя ставка на проигрыш Нейпера была чуть ли не единственной и на мой взгляд на ровном месте я выиграл кучу денег и в клубе и на бирже.
Самое интересное, что я понятие не имел об этой авантюре и её исходе. Но я рассудил очень просто.
Если бы сей джентельмен был успешен в своих наездах на Китай, но опиумная война возможно и не произошла. А так как она точно была, значит лорд Уильям потерпел неудачу.
Денюжку я поставил на это дело небольшую, но для тех кто топил за успех Нейпера вопрос был принципиальный и их было достаточно много, поэтому мой выигрыш в клубе оказался на удивление большим, а затем еще подоспел и подсчет итогов биржевых игр.
Авантюра Нейпера принесла мне в итоге огромную кучу денег и непреходящую ненависть лорда Палмерстона, который теперь будет мне «гадить» в меру своих сил и возможностей.
Война теперь по общему мнению неизбежна и весь вопрос когда она начнется.
У Китая финансы откровеннейшим образом поют романсы и я решил на этом сыграть предложив властям Поднебесной отдать мне в аренду чемодан без ручки: Приамурье, Приморье и Китайскую Даурию.
Сделано это было через друга детства шурина Василия Петрова — Кирилла Петровича Аксенова, который конечно действовал через друга своего детства, родственника императорского фаворита.
Полностью действовать на свой страх и риск я в этот раз не решился и Государь получил мой меморандум в котором подробнейшим образом изложен весь вопрос и есть просьба о его высочайшем разрешении.
Михаил Дмитриевич наверное нажил себе кучу недоброжелателей, добывая для меня тексты русско-китайских договоров.
Государь поступил именно так, как я и ожидал. Он не сказал ни «да», ни «нет», но Бенкендорф известил меня о получении моего «творения».
Золото, которое от меня будут получать китайцы, конечно будет разворовано и скорее всего уйдет англичанам в качестве платы за опиум. Но надеюсь, что хоть пару оплеух Поднебесная на эти деньги спесивым сынам Альбиона сумеет организовать.
К предполагаемому броску к океану через Амур мы готовимся, но и сейчас мне самое важное знать удастся ли уломать китайцев на аренду нужных мне земель, пока аренду.
Кирилл Петрович действовал очень осторожно и похоже никто из посторонних пока ничего не подозревает.
Готовясь к предстоящему, я по памяти составил карту Амурского бассейна, а Василий по мере возможности её детализировал и уточнил. Вместе с Кириллом они нанесли на неё практически всю имеющуюся у нас информацию и получилось очень наглядно и информативно.
Петр Кириллович Аксенов был единственным человеком посвященным в тайную миссию сына и как мог помогал ему.
Закончив чаепитие, а в этих местах это просто какое-то священное мероприятие, мы начали наше секретное совещание, которое возможно будет иметь судьбоносное значение для Дальнего Востока.
Кроме Аксеновых и меня в нем будут участвовать, два Ивана и Ян Карлович.
Доклад Кирилл Петрович сделал очень подробный и он получился достаточно долгим — почти полтора часа. Вопросов никто не задавал, я сразу же предложил их отложить на потом.
Переговоры естественно шли не на прямую с императорским фаворитом, а с лицом им на это уполномоченным и судя по результатом, у него были большие полномочия.
Кирилл с ним имел одну личную встречу в монгольской Угре две недели назад. Маньчжурский переговорщик ждал в каком-то секретном месте в её окрестностях и разговор был тет-а-тет без свидетелей и переводчиков.
