Все остальное самое обычное, ничего экстраординарного. Абсолютно все и везде, в России, Европе и Америке, идет своим чередом.
Ян успешно заканчивает в Прибайкалье все «реформы», предписанные Государем. Это совершенно не удивительно. Он и братья Петровы уже провели огромную подготовительную работу.
Господ декабристов почти всех уже перевели в Иркутск, нет только нескольких человек, которые задержались из-за проблем со здоровьем.
Неожиданностей господа декабристы не преподнесли, «отказников» среди них не оказалось.
Мы договаривались до первого ноября провести учредительные войсковые круги для юридического оформления создания Байкальского казачьего войска. Но собравшиеся в Чите забайкальцы решили поступить иначе.
Они, конечно, поддержали эту идею, но решили подготовиться к такому важному мероприятию тщательнее и провести учредительный войсковой круг весной, в марте или начале апреля. А главное, чтобы в нем участвовал светлейший князь Новосильский.
Прочитав обоснование этого решения, я только развел руками и сказал Ивану Васильевичу, что простые казаки, приехавшие в Читу, просто молодцы.
Конечно, нужно еще поработать с народом, понять, какова точно будет общая численность народа и сколько будет служивых. По-хорошему, надо решить с бурятами, тунгусами и горнозаводским народом, кого включить в состав нового казачества.
Ну и, конечно, вопрос моего личного присутствия — это на самом деле обязательно.
Временным войсковым атаманом Забайкальского отдела избрали полковника Осипова и поручили ему подготовку к весеннему съезду.
Предварительно решили, что в Забайкалье будет шесть конных полков, четыре отдельные сотни, три пеших батальона, желательно пара артиллерийских батарей и отдельный батальон пластунов.
Для подготовки молодых казаков — два учебных конных полка и пеший батальон. Их основной постоянный состав должен быть из опытных казаков-ветеранов.
Всю территорию надо будет разделить на шесть округов. Каждый округ будет выставлять конный полк, пеший батальон будут выставлять два округа. Отдельные сотни, батареи и пластунский батальон формировать без привязки к округам. Как и учебные полки и батальон.
Особенно меня поразило предложение составить полки и батальоны смешанными, хотя первоначальной идеей было создать отдельные «братские» бурято-тунгусские полки.
Яростными противниками этой идеи оказались казаки, успевшие приехать с самых дальних пограничных караулов юга Забайкалья.
На будущий учредительный съезд должны собраться делегаты со всех округов.
Предлагаемое количество полков и батальонов меня сильно озадачило. Это означало, что в Забайкалье постоянно под ружьем будет находиться не меньше десяти тысяч молодых сильных мужчин.
А ведь кроме этого еще будет куча служивых в различных управлениях и управах или как там будет называться власть в тех же станицах.
Но, поразмыслив, я решил, что на самом деле казаки предлагают самую оптимальную структуру организации жизни в этих суровых краях.
Вся серьезная хозяйственная деятельность — целиком и полностью моя прерогатива. Тут они никаких препон чинить мне не собираются и даже предлагают оформить это отдельным решением. А вот всякие школы, поддержание порядка, содержание всей инфраструктуры и прочая социалка — это их забота.
Причем опять же отдельно предлагают подчеркнуть, что моя светлость будет не просто финансировать все это пиршество, но и по каждому вопросу желательно знать еще и мое мнение. А оно будет почти решающим.
Но больше всего меня потрясло, как предлагается решить «гнилой» вопрос отношений с царем-батюшкой. Понятное дело, что как только запахнет реальным сепаратизмом, это мероприятие тут же свернется, и хорошо, если по добру и по здорову.
Какое бы войско мы ни создали, империя найдет на нас управу и раздавит как клопов.
Поэтому казаки решили действовать по принципу «не буди лихо, пока тихо». И предлагают иметь в будущем войсковом управлении две должности, так сказать, «ока государева»: имперского комиссара, подчиненного генерал-губернатору, и подчиненный только ему жандармский пост из трех человек.
Их задача одна единственная — следить, чтобы не завелась антигосударственная смута или еще что-нибудь плохое.
Сначала этот реверанс в сторону российских властей мне очень даже не понравился. Но, поразмыслив, я согласился с предложением казаков. Калачи они очень тертые, а те, кто пришел сюда по моему зову, в особенности, и хорошо знают, что за такое Российское государство. Поэтому скорее всего придется согласиться с этим предложением.
Времена побегов русских людей в казачьи края за волей уже ушли в прошлое, но их отголоски еще остались, и казаки предложили возродить старый принцип: «с Дона выдачи нет», но, конечно, не с Дона, а «из-за Байкала».
И вот тут-то без жандармов не обойтись. За каждого такого нового казака надо будет вносить выкупной платеж. За него самого родимого и семью, которая должна будет последовать за ним.
